Навылет и в сердце

В кабинете, как выяснилось, сидел еще один зритель семейных разборок.

Перевел взгляд на Азарова. Что было написано на моем лице, не знал, вот только вида его отец Агафьи испугался.

— Агафья? — проговорил я, — Все в порядке?

— Да, Велизар, мы уходим, — девочка моя подошла ко мне ближе, стараясь не показывать пострадавшую щеку. А я понял, что вот-вот разнесу тут все.

— Хорошо, солнышко, — постарался как можно спокойнее проговорить я, — Ты ведь хотела что-то взять из своей комнаты? Сходи быстренько. Лады?

Агафья хотела возразить, но передумала.

Малышка вышла из кабинета, а я посмотрел на незнакомца, все еще сидевшего в кресле, и перевел взгляд на Азарова.

— Могу поинтересоваться, почему Вы ударили Агафью? — спокойно проговорил я.

— Не твое дело, — ответил Азаров, — Моя дочь, и я имею полное право ее воспитывать.

Нет, не стоило говорить этому выродку такое, еще и в моем присутствии. Ой, не стоило!

В один прыжок преодолел расстояние между нами.

— Я Вам, господин Азаров, все пальцы переломаю, если еще раз повториться подобное, — спокойно проговорил я, — И плевать, сколько у вас охраны.

— Да что ты себе позволяешь, щенок?! — пропыхтел Азаров, — Кто ты вообще такой, чтобы вякать?!

— Я Ваш зять, — спокойно проговорил я, — Любить меня не нужно, а вот бояться можно.

Выпустил Азарова из хватки, взгляд вновь вернулся к зрителю. Мужчина около тридцати, судя по внешности, крутик какой-то.

— И как так получается, Аркадий Петрович? — спокойно поинтересовался незнакомец, — А Вы ведь говорили, что школьница Ваша дочь. Только-только выпускной прошел. А тут уже замуж вышла. Чудеса, да и только.

— Велизар, я готова! — на пороге кабинета стояла моя Агафья. Не прощаясь, вышел. Вот только мужика надо бы пробить. Не по себе как-то стало. А чутье меня не подводило еще ни разу.

Взял малышку за руку, ее сумку забросил на плечо, и повел на улицу.

Когда сели в машину, посмотрел на ее лицо. Плакала у себя в комнате. По глазам видел, что плакала.

Завел двигатель, отогнал машину как можно дальше от особняка, съехал на обочину. Расстегнул ремень безопасности Агафьи, перетянул ее на свои колени.

— Что там произошло? — спросил я. Но в голове уже прокручивались возможные варианты событий.

— Папа лохонулся в бизнесе, решил долги раздать, — начала плакать моя девочка. Руки сами собой сжались в кулаки.