Навылет и в сердце

Каждый поцелуй заставлял дыхание сбиваться, и еще больше ненавидеть похитителей, лишивших меня присутствия любимого на целые сутки. Сутки, во время которых в моей голове пронеслось много мыслей. Бессонная ночь заставляла думать, как бы я жила, сложись все иначе. Где бы я была, если бы не Велизар, его чувства ко мне, его упрямство, не позволившее отступиться? Он ведь все делал для меня. Избавил от отца, вытащил из лап бандитов. А я? Что могу дать ему я? Моя любовь не в счет, потому как уже есть у него. Вся, до последней крупицы, у него одного.

— Ты все еще хочешь менять подгузники, гулять с малышом, и кормить его, пока я буду учиться? — прошептала я, на мгновение оторвавшись от губ любимого.

Велизар секунду смотрел на меня затуманенным взглядом, не понимая, что я хочу сказать. Потом судорожно сглотнул.

— Ты маленькая еще, — пробормотал муж.

— Мне уже восемнадцать, — вздернула подбородок, и упрямо заявила я.

— Посмотрим, — коротко проговорил он, вновь набрасываясь на меня. Больше прерываться на разговоры мы не стали.

Проснулась спустя несколько часов, за окном уже стемнело. Велизар лежал рядом со мной. Думала, что он спит. Но только пошевелилась, собираясь встать с постели, как он моментально открыл глаза.

— Привет, — улыбнулась я. Велик, протянул руку, провел по моей щеке, носу, обвел контур губ.

— Голодная? — шепнул он, потом нахмурился, — Голодная, — ответил он сам на свой вопрос.

Встал с кровати, я последовала его примеру. Увидела, что Велизар собирается одеться. Его футболка и шорты лежали на стуле около кровати. Опередив его, схватила футболку, и принялась натягивать ее на себя.

— Плутовка! — засмеялся Велизар. Надел шорты, и стараясь грозно рычать, двинулся на меня.

— Но ты ведь меня такой и полюбил! — вернула я ему его фразу, сказанную когда-то.

Велизар только хохотнул, и, подхватив меня под бедра, понес на кухню.

— Пойдем тебя кормить, — шепнул он мне на ухо. Дорога на кухню значительно затянулась, потому, как на каждом шагу мой милый волкодав целовал меня, покусывал, терся носом о шею, в общем, всячески выказывал свою любовь и нежность к моей совершенно несопротивляющейся персоне. А я только звонко смеялась, чем подбадривала любимого на подвиги.

— Так старичок тот и вправду твой дед? — задала я вопрос мужу, когда мы, наконец, оказались на кухне.