Все в его поцелуе

Она любила его, но сожалела о том, до какой степени она разрешила своему мужу воспитать сына по своему образу и подобию. В результате сын стал похож на отца: он презирал мать, а его жена вела себя и того хуже.

Все это казалось Гиацинте очень печальным. Ей нравилась Изабелла. Судя по записям в дневнике, она была умна и обладала чувством юмора. Гиацинте нравилось думать, что, если бы они были с ней одного возраста, они стали бы подругами. Ее печалило то, до какой степени Изабелла была подавлена своим мужем, сделавшим ее несчастной.

Судьба Изабеллы утвердила Гиацинту во мнении, что очень важно, за кого выходить замуж. Не важны ни богатство, ни статус будущего мужа, хотя Гиацинта была не настолько идеалисткой, чтобы считать, что эти вещи не имеют значения."

"Но у человека всего одна жизнь, и если Господь так рассудит – всего один муж. И как хорошо любить человека, которому ты доверила свою жизнь. Изабеллу не били, но ее игнорировали, а с ее мнением никто не считался. Муж сослал ее в какое-то дальнее поместье, в глушь, и тем дал пример своим сыновьям.

Отец Гарета относился к своей жене точно так же. Гиацинта предполагала, что если бы дядя Гарета не умер рано и успел жениться, он был бы таким же.

– Ты собираешься мне читать или нет? – услышала она недовольный голос леди Данбери, которая даже не соизволила открыть глаза.

– Извините, сейчас найду место... А, вот оно. Гиацинта откашлялась и начала читать по-итальянски. Читая вслух, она про себя переводила текст на английский:

Приближается день, когда родится мой первый внук.

Молю Бога, чтобы это был мальчик. Я полюбила бы и девочку – возможно, мне разрешат видеть и любить ее больше – но для всех нас будет лучше, если у нас будет мальчик. Мне даже страшно подумать, как скоро Энн будет вынуждена переносить внимание моего сына, если она родит девочку.

Мне следовало бы любить собственного сына, а я вместо этого беспокоюсь о его жене.

Гиацинта сделала паузу, чтобы увидеть признаки того, что леди Данбери поняла хотя бы что-нибудь. Ведь она читала о ее дочери.

Интересно, думала Гиацинта, имела ли графиня хотя бы малейшее представление о том, какой печальной была ее замужняя жизнь. Но леди Данбери захрапела.

Гиацинта удивилась... и что-то заподозрила. Ей еще ни разу не приходилось наблюдать, чтобы леди Данбери так скоро заснула. Она подождала немного, ожидая, что графиня откроет глаза и громко потребует, чтобы Гиацинта читала дальше.

Однако через минуту Гиацинта убедилась, что графиня действительно крепко спит.