Все в его поцелуе

Все, что он хочет сказать мисс Бриджертон, он может сказать при мне.

– Что? – потребовала Гиацинта. – Я думаю...

– Это моя гостиная, и он мой внук. А ты... – Леди Данбери посмотрела на Гиацинту и запнулась. – А ты есть ты. Хм-м.

– Мисс Бриджертон, – Гарет, появляясь в дверях и полностью заполняя собой проем. – Бабушка.

– Все, что ты хочешь сказать мисс Бриджертон, ты можешь сказать при мне.

– Я почти склонен проверить эту теорию."

"– Что-то случилось? – спросила Гиацинта, сидя на краешке стула. Еще двух часов не прошло, как они расстались.

– Ничего не случилось.

Он подошел к Гиацинте. Бабушка смотрела на него с нескрываемым интересом. Он засомневался, правильно ли поступил, придя сюда прямо из Бриджертон-Хауса.

Но тут Гарет вспомнил, что был вторник, и это показалось ему хорошим предзнаменованием. Все началось именно во вторник. Неужели всего две недели назад?

Гиацинта читала бабушке вслух по вторникам. Каждый вторник, в одно и то же время, в том же самом месте. Гарет шел по улице, обдумывая новый поворот в своей жизни.

Возможно, ему стоило подождать. Он мог бы выбрать гораздо более романтичное время и место. Но Гарет принял решение и не хотел ждать. К тому же бабушка столько сделала для него за все эти годы, что заслуживает того, чтобы узнать обо всем первой.

Он, однако, не ожидал, что ему придется делать предложение в присутствии старой леди.

– В чем дело? – резко спросила она. Надо бы попросить ее выйти. Хотя...

Она не выйдет из комнаты, даже если он встанет перед ней на колени. Не говоря уже о том, что Гиацинте будет очень трудно отказать ему при леди Данбери.

Он, правда, не думал, что она ему откажет, но стоило подстраховаться.

– Гарет? – тихо сказала Гиацинта.

Он повернулся к ней, соображая, сколько времени у него ушло на то, чтобы определить свой выбор.

– Гиацинта.

Она глянула на него в ожидании.

– Гиацинта, – повторил он немного более уверенно.

– Мы знаем, как ее зовут, – услышал он голос бабушки.

Гарет отодвинул столик, чтобы освободить место и встать на колено.

– Гиацинта, – сказал он и взял ее руку, – окажи мне честь и согласись стать моей женой.

Ее взгляд затуманился, а губы, которые он с таким наслаждением целовал всего пару часов назад, задрожали.

– Я... я...

Она не могла найти слов, и это было так на нее не похоже.

– Я... я...