Назад в СССР 7

Мотив есть, я тут копнул глубже, и оказалось, что Слободчук выступал с иском против Березова, когда его за секцию в школьном подвале милиция прижала. На тренировке нос свернули одному из воспитанников. Так вот, его папаша из обкома и нанял адвоката, чтобы тот во все инстанции трубил, мол, незаконная эта секция, и нормы безопасности нарушаются. Если бы не адвокат, Березова, может, вообще бы не держали в КПЗ. А Слободчук шумиху поднял, резонанс раздул, как заказывали, особо не гнушался. Вообще добивался возбуждения уголовного дела по 219-й статье.

— Ага, все-таки мотив нарисовался! — не скрывая эмоций воскликнул следователь. — Получается, что Березов, когда освободился, нашел предсмертную записку дочери и решил отомстить? Первым пришил адвоката, которого винил в своем незаконном задержании. Ведь если бы не он, то отец, мог быть рядом с Олесей и не дать ей совершить чудовищную глупость.

— Совершенно верно."

"— А потом, — продолжал раскручивать сюжет следователь, — Он отправился за Артурчиком.

— Скорее всего, понял, что она его не разглядела в темноте и не сможет внешность описать. Лишняя кровь ему ни к чему была.

— Тогда зачем этот гад убивал девушек в Зеленоярске?

А вот это действительно — вопрос.

— Вот это как раз самая большая нестыковочка, — признался я со вздохом, силясь натянуть хоть какой-нибудь мотив на эпизоды из убийств четырех женщин.

— Что между ними общего? У потерпевших? Выяснил?

— В том-то и дело, что ничего. Никакого отношения к Олесе, к Березову, к Дицони, вроде, не имеют… Такое ощущение, что убитый горем отец начал мстить, слетел с катушек, почувствовал вкус крови и покрошил невинных жертв уже просто впридачу.

— Логично.

— Вот только первые два убийства женщин произошли до появления Дицони в Зеленоярске. Так что такая версия отпадает.

— Эх... Хорошая была версия, — Горохов замолчал, покряхтел. — А что делал артист в Зеленоярске?

— Это я тоже пока не выяснил, — напряженно отметил я.

Впрочем, выговаривать мне начальник не стал.

— Мне кажется, разгадка в этом.