Навеки твой. Прощай

А потом даже запрещать не понадобилось. Жизнь взяла свое. Наполнилась совсем другими людьми, событиями: радостными и не очень, по-настоящему важными и пустяковыми. Прошлое стало прошлым. И чем дальше он отдалялся от него, тем нереальнее казалось все то, что ему довелось пережить в детстве. Краски поблекли, чувства притупились… Да и какая разница, что там, позади, осталось, кто вообще оглядывается назад, когда впереди – целая жизнь. Яркая, стремительная, наполненная… Возможностей столько, что голова кругом. И все такое доступное, что в какой-то момент Таир вообще перестал ценить это изобилие.

Он не соврал Лере. Он действительно и сейчас думал, что тогда у них все закончилось… правильно. Она оставалась наивной девочкой, а он рос. И ему уже мало было их дружбы. Гораздо интереснее ему было с парнями из секции. И с девочками постарше. У которых нет проблем. С которыми легко, потому что они ничего не значат. И не надо каждый раз душу рвать, что да как.

Нет, его чувства к Лере никуда не делись, но они… как бы это сказать… отошли на второй план, трансформировались.

Когда он уехал, Лере было всего четырнадцать. Ему – восемнадцать. Их разделяло всего четыре года, а будто пропасть. Лучшее, что он мог – это уйти в свою взрослую жизнь. Он так и сделал. Но, как оказалось, этим нанес ей глубокие раны. Которые и сейчас давали о себе знать, он видел. Она пыталась скрыть, но без особого успеха.

А, впрочем, чему он удивляется? Любовь – сложная штука. В ней нет равновесия. Чаши весов никогда не находятся на одном уровне.

Всегда есть тот, кто любит больше, уступает чаще, прощает самоотверженнее. Когда они были детьми, этим человеком была Лея… Наверное, закономерно, что их расставание далось тяжелей ей? Самому ему на этом некогда было зацикливаться. В спецназе, куда его закинули служить, было не до этого. У него началась новая жизнь, да. А у неё… что вообще осталось от её жизни, когда он ушел? И почему он думает об этом теперь, когда это уже неважно, и не изменить ничего?

Может быть потому, что с тех пор он не встречал женщины, которая бы его так любила? Или потому, что сам так и не смог никого полюбить… так?

Таир тихо выругался.

Отложил документы и подошел к окну.

- Опять уходишь? – она бежала за ним, как щенок. С виду – девушка, но ребенок по всем документам.

- Угу, - буркнул он, одной рукой удерживая подаренный отцом еще на шестнадцатилетние мопед, другой – нашаривая сигареты в кармане.

- Возьми меня с собой!

- Тебе с нами будет не интересно.