Настольная книга стервы

Речь идет о тебе, поэтому врать здесь ни к чему.

И пусть станет обидно и слезливо на душе, коль ответить нечего. Ведь если ты ничего хорошего не сделала для себя, ты действительно грешна перед собой. Потому подумай быстренько – как ты исправляться будешь.

КАК Я ПРЕВРАЩАЛАСЬ ИЗ МИСС СИНИЙ ЧУЛОК В МИСС КРУЖИТ ГОЛОВА

Меня накрыла хандра. Из-за спины подкралась. Подкараулила… и началось.

Сопротивляться не было сил. Я сошла с лица. Ушла в себя. Слезла с каблуков и забитой тетенькой заскользила по жизни, стараясь не попадаться на глаза знакомым и не смотреть на себя в зеркало.

Длилась метаморфоза дня три. Или пять. И, кажется, впервые в жизни я задумалась о женском монастыре… И, кажется, впервые в жизни всерьез послала к черту свою работу… Я нагло отказалась от горящей командировки и завалила творческий план.

Мужики на меня глазели равнодушно. Женщины – с радостью. За окном топталась слезливая осень. Мы иногда встречались с ней взглядом и подолгу рассматривали друг друга.

Нос распухал. Глаза отекали. Губы делались некрасивыми.

А вообще, так стервы не живут.

За шкирку вытаскивать себя не стала. Ни таблетками от депрессии, ни отпуском без содержания. И то, и другое вредно. Я решила по-другому. Я решила в ноябре сотворить для себя апрель! Я решила обновиться. Но не для того, чтобы насолить хандре (еще чего!), а чтобы познать вкус ощущения, как из мисс Синий Чулок превращаются в мисс Кружит Голова.

Я выкинула из косметички изрисованную помаду, тушь, карандаши… Я поменяла лак для ногтей. Я залезла на высоченные каблуки и дала себе слово: никогда и ни при каких обстоятельствах не спускаться с этого пьедестала красоты. Не спускаться даже в гололед!

Я улыбнулась заляпанному снегом и дождем ноябрю, а потом села передохнуть.

Настроение? Буду откровенна: было не ахти. Хандра, свесив ножонки, по-прежнему сидела у меня на шее и делала пакость: продолжала портить жизнь.

Я решила пойти еще дальше.

Из почти жгучей брюнетки резко, не оглядываясь, превратилась в радостного цвета шатенку. И жгуче-рыжие, как хвост у молодой лисы, пряди заструились по плечам.

Рыжина мне здорово шла… Пока приучала к ней себя и окружающих, сорвала грозди комплиментов. Много восхищенных взглядов перехватила.

Кажется, ко мне возвращалась жизнь. Захотелось работать. Смотаться в загубленную давеча командировку.