Наследница (СИ)

 — Я рассказывала, я не знаю своего отца.

— Да, верно. — Абаль легонько взъерошил ее волосы, а после положил ладонь ей на щеку. Поймал, как яблоко. — Мастер Гербе вернула мне вторую метку, и ее пришлось взять себе Верну, ведь у меня уже была твоя. Ты представить себе не можешь, как я изворачивался, чтобы объяснить, почему метку берет нервный юнец с задатками капризного инфанта, а не мастер, в котором та должна была находиться. Но не хотелось рисковать, сложно удержать внутри две метки. Айрис, кстати, не очень-то и хотела идти с нами, но после краткого общения с матерью согласилась на все.

Скажи честно, мастер Гербе владеет гипнозом?

Ясмин не удержалась и усмехнулась.

— Мама слишком рациональна, уж какой там гипноз. Но ты ее слушаешь и просто делаешь, что она говорит, потому что в ста случаях из ста она права.

— Позже я расскажу тебе более подробную версию нашего похода, чтобы не было расхождений между нашими отчетами, но сейчас я хочу спросить у тебя кое-что другое.

— Что? — Ясмин даже удивилась.

Абаль не часто задавал ей вопросы, не считая суда в пустыне. Обычно он просто заранее знал все ответы.

— Ты не выходила из комы два месяца и тогда я попробовал одну горошину сна.

— Какую горошину сна? — удивилась Ясмин.

Про горошину сна она слышала впервые.

— Мне дала ее Айрис. Понятия не имею, что это за штука, но я смог использовать горошину только один раз, — Абаль выразительно пожал плечами. — Немного похожа на метку, только не светится. Ее достаточно положить между собой и реципиентом, чтобы создать ментальную связь, я не верил, что получится.

Твоя мама всучила Айрис целый чемодан экспериментальных образцов всего, и мы тащили его в клетке с нашими образцами под видом «какая-то гадость налипла». Уверяю, я в жизни столько не врал, сколько за последние два месяца…

— Так что там с горошиной? Ну же! — поторопила Ясмин.

Сердце затрепетало в груди, словно слабая бабочка, пойманная в стеклянную банку. Тогда, в кафе. Это был Абаль?

— Наверное, я все же попал внутрь твоего сна, — немного смущенно объяснил Абаль.

 — На тебе были ужасно узкие штаны и очень узкое и короткое платье с высоким воротом, мы пили кофе, и ты не была похожа на саму себя. То есть, конечно, это была ты, но словно бы другая. Очень странно убранные волосы, очень странное место, очень странные люди вокруг. Ты только не подумай, что я осуждаю, это же сон, приватное место.

— Так это был ты. Я не ошиблась.