Наследница (СИ)

Сиделка, немного поколебавшись, вышла, осторожно прикрыв дверь, и Ясмин тут же выпрямилась, пытаясь нащупать то чувство, которое когда-то позволило ей управлять силой воздуха. В дни, проведённые дома у Ясмин, ей удалось прочесть несколько полезных книг по рождению и управлению оружием, но вот практического опыта у неё все ещё не было. Но выхода нет, нужно сделать это сейчас. В ближайшие несколько минут, пока сиделка не завернула к своему высокопоставленному патрону с чудесными сплетнями.

Воздух не нужно комкать и толкать, он не любит насилия.

Леокум, попавший под белую вспышку, потемнел, скукожился и осыпался скрученными в запятые листьями.

* * *

Она и забыла какова Варда. Точнее она о ней и не знала, воспоминания Ясмин не давали полной картины того невыносимого давления, под которым она жила.

— Мы надеялись, вы завершите миссию немного раньше, — с мягкой улыбкой пожурил ее мастер Файон. — Согласно протоколу, вы должны были вернуться в седьмой день месяца Ив, однако вернулись тремя месяцами позднее. Мы надеемся понять, что произошло.

Мастер Файон завернул в ее палату почти сразу после уничтожения Леокума, и Ясмин против воли чувствовала страх. В поднимался ужас, как ил со дна быстрой реки. Руки автоматически сцепились в замок, напряглись плечи.

Это не ее страх, вдруг поняла она. Маленькое наследство от Ясмин.

В Файоне было что-то летящее, поблескивающее и томное. Он никогда никуда не торопился, но случись что на территории Варды перемещался с завидной скоростью, хоть и не без изящества. Светлые волосы ниже плеч, одежда преимущественно благородных синих оттенков, всегда нежная полуулыбка, хотя видит бог, нежности в нем было не больше, чем в королевской кобре. Глаза только подкачали, желтые, как у кошки, с темными едва заметными точками.

— Кто мы?

Ясмин, будучи ребёнком Варды до мозга костей, не пользовалась оружием, заложенным в ее голове самой природой. Прямотой. Варда, построенная на сложном межличностном этикете, брезговала прямыми вопросами, и Амина собиралась это исправить.

Должно быть, вопрос оказался слишком уж прямолинеен, потому что мастер Файон замешкался.

— Большой круг

Ясмин едва заметно улыбнулась.

Она ненавидела страх. Она собиралась от него избавиться.