Наследник древней силы #1 - Сын слуги

Почему именно ГСБ, а не тайный приказ или общесоюзный следственный отдел?

— Я ничего не знаю, — сказал я. — Но если хотите, пожалуйста.

— Когда вы последний раз видели отца? — спросила Мария Оболенская.

— В день выписки, девятого числа. Он с мамой заезжал забрать меня из больницы.

— Больше вы с ним не общались?

— Нет. Он проживал в загородной усадьбе, а я — дома, в квартире.

— О чём вы с ним разговаривали?

— Да ни о чём. Даже не помню толком. Не самые существенные вопросы: ну типа, как лежалось, что дальше буду делать.

— Прежде вы часто общались с отцом? Он рассказывал что-нибудь о работе? Может быть, выражал беспокойство по какому-либо поводу? Говорил, что князю кто-то угрожает?

— Послушайте, — произнёс я, — я с отцом виделся три раза пока в больнице лежал, а до этого — полтора года назад, до армии. Ни он, ни мама ничего не говорили о делах Востряковых. В нашей семье это не принято. Не у меня вам нужно спрашивать, и сестру не надо тормошить — она тоже не в курсе. Допрашивайте князей, они вам расскажут гораздо больше, чем сын шофёра.

— Расскажите про день перед убийством, — снова заговорил Сахаров. — Что вы делали вечером?

— А это ещё зачем? — насторожился я. — Какое это имеет отношение к делу?

— Мы должны знать все детали.

Я задумался: рассказывать или нет? Оба следователя пристально смотрели на меня, ждали.

— Встретился со школьным другом, — ответил я. — Потом позвонила сестра, попросила приехать в клуб, куда её насильно притащил Алексей Востряков. Он её отпускать не захотел.

— Вы избили шестерых энергетиков, — будничным тоном продолжал Сахаров. — Как так получилось?

— Э, нет! — усмехнулся я. — Это уже точно к делу не относится."

"— Мы будем решать, что относится к делу, а что нет, — в голосе следователя послышались грозные нотки. — Отвечайте, пожалуйста, на вопрос.

— Без адвоката я больше ни слова не скажу, — я скрестил руки на груди. — Где мой адвокат?

Сложилось впечатление, что эти двое пытались вывести меня на разговор о моей силе, но данный вопрос я обсуждать не собирался.

— Ваше право, — тон Сахарова снова стал равнодушным, будничным. — Если не хотите, чтобы убийцы вашего отца были найдены, можете и дальше упорствовать. Просто имейте ввиду, что для следствия важна любая информация, а вы таким образом следствию препятствуете.

— Не выйдет, — покачал я головой. — Я всё рассказал полиции и добавить мне нечего. Ещё вопросы есть?

Вопросы были, и меня стали мурыжить дальше.