Насильно твоя-2

 — Я бы сам его кончил. Оружие нужно для самозащиты.

— От мужа, — решительно добавила я.

Все уставились на меня, а мне надоело дрожать. Я чувствовала себя, будто на меня направили прожекторы.

— Он меня бил. Пусть куролесит, с кем хочет — между нами все кончено.

Признаваться тяжело: непросто сказать незнакомым, что тебя бьет муж. Но многие знают, что у Эмиля крутой нрав. Сомневаться не станут.

— Я ей верю, — тихо сказала блондинка. — Она выглядит, как забитая.

Глава 7

Мужик словно ждал ее резюме: вытащил из-под низкого столика пистолет, и тихо положил на стеклянную поверхность.

— Патроны еще, — добавил Андрей. Рассчитался он сам, как и в пабе, кстати."

"А я так привыкла, что за меня платят мужчины, что восприняла это как должное. Меня Эмиль к этому приучил. Представляю, как бы он отреагировал, если бы девушка предложила ему разделить счет…

Надо снять деньги с карты и вернуть Андрею.

— Выпей с нами…

Андрей присел на диван, кивнул, когда тот знаком предложил налить водки. Сам он в это время деловито забивал магазин нового пистолета. Мужчина с неудовольствием наблюдал за ним.

— Она стрелять хоть умеет?

— Умеет, — рассмеялся Андрей.

Я случайно встретилась глазами с блондинкой. Она снисходительно улыбнулась. Женщины в подобных компаниях всегда ко мне так относятся. Чувствуют, что ранена. А стервы раненую всегда готовы добить. Законы тут волчьи и для мужчин, и для женщин.

Я стояла, стараясь не привлекать внимания. Эту науку я усвоила на пять. Когда я таскалась с Эмилем, ко многому пришлось привыкнуть. На меня глазеют, обо мне судачат, и я чувствую себя цирковым уродцем. Но сегодня судачили не обо мне.

— Ты, девочка, не переживай, — с неясным смешком сказал мужчина. — Скоро нечего тебе бояться будет. Дальше так пойдет, уберут твоего мужа…

— Достал? — усмехнулся Андрей.

— Оборзел вкрай. Говорят, метит на место Славика. По ходу, он его и шлепнул.

Говорят? Эмиль послал его прямым текстом. Но о себе такое не расскажут.

— А он здесь? — спросил Андрей, вставляя последний патрон в обойму.

Мужик покачал головой.

— Знает, что территория нейтральная, и борзеет, — мужик говорил с таким мрачным видом, будто Эмиль совершил ужасное преступление. — Будет ему сюрприз.