Нам нельзя

— Я не включена в список гостей, поэтому обойдусь.

Рома внимательно наблюдает за тем, как я собираю всю необходимую аппаратуру в сумку и закидываю её на плечо, а затем преграждает дорогу и опускает на мою талию свою ладонь. Меня передёргивает от неожиданности, хотя когда-то давно мне ужасно нравилось, когда он так делал.

— Пусти, — шиплю я.

— Один танец, Ник. Ты так пахнешь… Чёрт, мне кажется, что я по-прежнему схожу по тебе с ума. Или даже больше.

Сейчас я благодарна Захарову за то, что между нами было. В особенности за ту новогоднюю ночь, когда он принуждал меня к сексу, а я от него сбежала.

— Извини, но меня уже ждут.

— Он улетел, разве нет?

Я удивляюсь, откуда у него такая информация, но даже не пытаюсь продолжить разговор. Это не его дело.

Заметив приближающуюся к нам Вику, Ромка отступает на шаг назад. Выглядит недовольным и широко раздувает ноздри. Наверняка сестра предупредила его накануне, чтобы не смел распускать руки.

Облегчённо выдыхаю, когда направляюсь по длинному коридору к чёрному выходу. Ещё чуть-чуть, и можно будет снять неудобный костюм и сапожки на каблуках, которые натёрли мне ноги. По квартире Воронцова можно вообще ходить даже голой. Думаю, что он непременно это оценит.

Сердце начинает колотиться чаще, когда я слышу позади себя тяжёлые шаги.

— Ника! — выкрикивает он.

Эхо доносит до меня его голос с истеричными нотками, но я делаю вид, что ничего не слышу.

Толкаю массивную железную дверь, оказываюсь на улице. Здесь тихо и нет никого вокруг, впрочем, как и автомобиля Глеба. Сверив время и его последнюю эсэмэску, я понимаю, что он всё ещё в дороге. Надо было не торопиться на выход и прежде дождаться его звонка.

— Ника! — Ромка выходит на улицу следом за мной.

Без верхней одежды, с расстёгнутой на верхние пуговицы рубашкой. Волосы взъерошены, пьяные глаза горят.

— Я просто поговорить хотел!

Его язык заплетается, а мне по-настоящему становится страшно. Я делаю два шага вперёд, затем перехожу на бег и ощущаю, что теряю почву под ногами. На улице жуткий гололёд, а моя обувь на высоком каблуке не предназначена для такой погоды.