Начисто

Где бы я не была, чем бы не занималась, краем сознания я все равно фиксирую контекст, отслеживаю новости и другие события, которые в теории могут повлиять на рынки. К счастью, или к сожалению, я делаю ту работу, у которой нет ни конца ни края.

Спустя пару часов в приоткрытую дверь моего кабинета просовывается лохматая голова Валюхи:

– Ты на обед идешь, или сыта лапшой, что тебе зэк навесил?

– Выключай ехидну. Мы с ним свернули общение, сразу после того как я выпроводила тебя.

– По чьей инициативе? – подозрительно сощуривается Валюха.

– По моей. Так что? Давай в Семифреддо? Чего на Бали нет – так это достойной пасты.

– Неужели туда не доехали итальяшки?

– Может, и доехали. Но ведь не все итальянцы умеют готовить пасту.

– Ой, не знаю, не знаю.

– Ты мыслишь стереотипно. С таким же успехом я могла бы сделать вывод о том, что раз ты из деревни родом, то непременно умеешь доить корову.

– Так я и умею. Делов-то.

Резко торможу. Оборачиваюсь, недоверчиво глядя на Валюху, которая чуть не налетает на меня по инерции.

– Капец. Серьезно?

– Вот те крест. Хочешь, научу?

– Пока такой необходимости нет, но если что, буду иметь в виду, – смеюсь я, утыкаясь лбом в по-деревенски пышный бюст помощницы. Все же Валюха удивительная женщина. Шесть лет она живет в столице. И, конечно, при желании за это время такая умница, как она, запросто могла бы отточить свои манеры до того уровня, при котором местные снобы перестали бы воротить от нее носы.

– Я у коровы даже как-то роды принимала.

Ну, что тут скажешь? Я опять смеюсь.

Пообедать решаем на веранде. Мы с Валюхой не привязаны к времени перерыва и обычно приходим, когда основной наплыв гостей спадает.

– Я, наверное, буду равиоли и… Ой, бля! Ты только не вздумай оглянуться.

– А что там? – удивляюсь я.

– Там жена Молотова. Твою мать, Ясь, она, походу, топает к нам.

– Ты же шутишь, да? – каменею, чувствуя спинным мозгом чужой ненавидящий взгляд.

– Если бы. Не знаешь, что ей надо? – бормочет Валюха, делая вид, что мы обсуждаем меню.

– Понятия не имею. – Перевожу взгляд на официанта. – Мне к пасте – бокал вина. Нет, пожалуй, давайте бутылку.

– Ясмин…

Голос у нее мерзкий. Ну, или я предвзята.