Начбез и его Бес

Идем туда же, но к другому человеку. Оденься как шлюха.

Милана сглотнула горький комок в горле. Этим приказным тоном и грубыми словами ты мстишь мне за вчерашнее «Пшел вон»? За все другие случаи, когда я дразнила тебя? Но вчерашний день, конечно, переплюнул все, что было до него.

Милана не нашла в себе сил надеть то, вчерашнее, блядское платье. Брючный костюм, волосы в низкий хвост. Но макияж сделала как вчера. Хоть в чем-то же надо было выполнить указание Марата Хасановича Ватаева.

***

– Ну все, я звоню Артуру, – Милана безучастно кивнула, а Марат продолжил: – Или хочешь сама сообщить? – она так же безучастно, но отрицательно покачала головой.

Говорить с Маратом Милана не могла. Она все же оказалась не готова к тому, сколько боли принесет ей встреча с ним. Встреча после того, что произошло вчера.

Вчера ты целовал меня, а я таяла от твоих поцелуев. Вчера твои руки ласкали меня, а я задыхалась от наслаждения. Вчера ты был во мне, а мне казалось, что ради этого я и живу.

А сегодня ты чужой. Смотришь холодными черными глазами, говоришь равнодушным голосом.

Милана тряхнула головой. Нельзя так. Нельзя допустить, чтобы прошлое засосало ее в свою липкую воронку. Чтобы снова превратиться в ту отчаянно влюбленную, ничего о жизни не знающую и задыхающуюся от своих чувств девочку. Тогда это чуть не сломало Милану – ее любовь и полная безнадежность, безысходность.

Она и не даст. Она взрослая и сильная. Перетерпит и справится. Что тут осталось перетерпеть? Только дорогу назад, в Москву. Здесь они все сделали.

Милана, стараясь думать только о деле, вслушивалась в разговор Марата с Артуром. Милана с братом разговаривала вчера – он рассказал ей, что обследование прошел и что все в порядке, никаких тревожащих изменений нет. Она не стала ему рассказывать о том, что они сейчас вдвоем с Ватаевым в командировке.

А Марат, между тем, завершал разговор.

– Да, Артур. Если ты по возвращении отполируешь это на своем уровне – будет идеально. Ну да, насколько в данной ситуации может быть идеально. Да. Ну а как иначе? Хорошо, – Марат скупо улыбнулся.