Сотня. Забытый поход

Хрипя и роняя пену, она крутилась вокруг своей оси, то и дело норовя встать на дыбы.

Пытавшийся осадить её турок пропустил тот момент, когда на тропе появился Матвей, так что спокойный голос, звучно приказавший бросить оружие, прозвучал для него весьма угрожающе. Кое-как осадив коня, осман окинул парня мрачным взглядом и, медленно сняв с плеча винтовку, бросил её на землю. Матвей переложил револьвер в левую руку и, толкнув каблуками Буяна, направил его к пленнику, попутно распуская кнут.

Внимательно следивший за каждым его движением турок едва заметно усмехнулся уголками губ, но когда подъехавший парень взмахнул рукой, только успел растерянно охнуть.

Кнут, звучно свистнув в воздухе, обвился вокруг его торса, прижимая локти турка к телу. Не выпуская рукояти из рук, Матвей спрыгнул с коня и, выразительно качнув стволом револьвера, коротко приказал:

– Слезай.

Сообразив, что ему приказано, турок сделал вид, что не может этого сделать без помощи рук, но Матвей, не настроенный на долгие споры, просто резко дёрнул кнут на себя, стаскивая его на землю.

Не ожидавший такого фокуса турок, глухо выругавшись, вывалился из седла, успев выдернуть ноги из стремян. Не давая ему опомниться, парень выхватил из кармана кусок кожаного ремня и, пинком в плечо перевернув его на живот, придавил пленнику коленом шею. Быстро связав турка, парень вздёрнул мужика на ноги и принялся обыскивать, не забывая проверить все складки одежды.

Всё найденное он отбрасывал под копыта Буяну, зная, что драчливый жеребец стороннего к себе не подпустит и всё находящееся рядом без драки не отдаст.

Кусался Буян так, что иная собака позавидует. Убедившись, что избавил пленника от всего лишнего, Матвей снова повалил его на землю и, связав теперь ноги, направился к убитым туркам. Быстрый, тщательный обыск, отлов коней – и спустя примерно сорок минут после первого выстрела он ехал дальше, везя пленного турка, перекинув через его же собственное седло.

* * *Сидя на седле, Матвей задумчиво перебирал добычу, то и дело сосредоточенно вертя в руках тот или иной предмет. А повертеть тут было что. С троих турок он снял кошели со ста двадцатью серебряными монетами. Арабскими динарами. Три немецкие винтовки Маузера, два револьвера, также немецкого производства, и девяносто шестой автоматический «маузер», мечта революционера, в деревянной кобуре.

Пистолет нашёлся в перемётной суме главаря троицы.