На пятьдесят оттенков темнее

– Моя работа сделана, – объявляет Франко.

Кристиан встает и направляется к нам.

– Спасибо, Франко.

Франко поворачивается, обнимает меня по-медвежьи и целует в обе щеки.

– Больше никому не позволяй стричь твои волосы, bellissima Ана!

Я смеюсь, смущенная его фамильярностью. Кристиан провожает его до лифта и тут же возвращается.

– Как хорошо, что ты оставила длинные волосы, – говорит он, подходя ко мне.

Его глаза сияют. Он трогает пальцами прядь.

– Такие мягкие волосы! – восхищается он. – Ты все еще злишься на меня, Ана?

Я киваю, а он улыбается.

– Что же именно тебя сердит?

Я закатываю глаза.

– Тебе перечислить весь список?

– Что, даже список?"

"– Да, длинный список.

– Может, мы обсудим его в постели?

– Нет. – Я по-детски надуваю губы.

– Тогда за ланчем. Я хочу есть и еще кое-чего… – Он подмигивает.

– Я не позволю сбить себя с толку. Хоть ты и не эксперт, а настоящий сексперт в постели.

Он прячет улыбку.

– Что сердит вас особенно сильно, мисс Стил? Выкладывайте начистоту.

Ладно, слушайте, мистер Грей…

– Что меня сердит? Ну, во-первых, твое грубое вторжение в мои личные дела, то, что ты привез меня в салон, где работает твоя бывшая любовница и где наводили красоту все твои брюнетки; на улице ты обращался со мной, словно с шестилетней девочкой, – и, что хуже всего, ты позволяешь твоей миссис Робинсон прикасаться к тебе! – Я перехожу на визг.

Он удивленно поднимает брови, а его благодушное настроение улетучивается.

– Правда, целый список. Но только я еще раз объясняю – она не моя миссис Робинсон.

– Она может прикасаться к тебе, – повторяю я.

Он выпячивает губы.

– Она знает, где можно.

– Как это понять?

Он проводит по волосам обеими руками и на миг закрывает глаза, словно ищет вдохновения свыше. Вздыхает.

– У нас с тобой нет никаких правил. Я никогда еще не занимался сексом без правил, и я никогда не знаю, где ты прикоснешься ко мне. От этого я нервничаю. Твое прикосновение совершенно… – Он замолкает, подыскивая слова. – Ну… просто оно означает больше… намного больше.

Больше?.. Его ответ оказался для меня совершенно неожиданным. Это короткое слово с важным значением снова повисло между нами.

Мое прикосновение означает… больше. Как прикажете мне устоять, когда он говорит такие вещи? Серые глаза ищут мои; я вижу в них настороженность и опаску.

Я нерешительно протягиваю к нему руку, и мое предчувствие переходит в тревогу. Кристиан пятится назад, и моя рука повисает в пустоте.

– Жесткий предел, – шепчет он.