На пятьдесят оттенков темнее

– Я попробую обойтись без этого, – сухо возражает он. – Ну, так ты не хочешь, чтобы Уэлч вмешался в историю с шантажом?

– Пожалуй, лишним это не будет, – с тяжким вздохом отвечает она.

– Хорошо, завтра я позвоню ему.

Я слушаю, как они перебрасываются фразами, обсуждая проблему. Они говорят, как старые друзья. Что ж, Кристиан так и говорит – просто друзья. А она заботится о нем – может, чрезмерно. Ну, а с другой стороны, разве те, кто его знают, могут не переживать за него?

– Спасибо, Кристиан. И еще раз прости.

– Хорошо.

Она уходит! Черт!.. Я мчусь по коридору в спальню Кристиана и сажусь на кровать. Через несколько мгновений входит Кристиан.

– Она ушла, – осторожно сообщает он, наблюдая мою реакцию.

Я гляжу на него и пытаюсь сформулировать свой вопрос.

– Ты расскажешь мне о ней? Я пытаюсь понять, почему ты считаешь, что она помогла тебе. – Тут я замолкаю и старательно обдумываю мою следующую фразу. – Я ненавижу ее, Кристиан.

Он вздыхает и проводит ладонью по волосам.

– Какого хрена тебе нужно знать что-то о ней? У нас очень долгие отношения, часто она выбивала из меня дурь, а я трахал ее по-всякому, так, что ты даже не можешь вообразить. Конец истории.

Я бледнею. Черт, он злится – на меня. Я смотрю на него и хлопаю глазами.

– Почему ты так сердишься?

– Потому что все это позади! – орет он, сверкая глазами.

Я теряюсь. Черт… Смотрю на свои руки, сцепленные на коленях. Я просто хочу понять.

Он садится рядом.

– Что ты хочешь понять? – устало спрашивает он.

– Можешь не отвечать мне. Я не хочу вмешиваться.

– Анастейша, дело вовсе не в этом. Я не люблю говорить об этом. Годами я жил словно в батискафе; меня ничто не задевало, и я не должен был ни перед кем оправдываться. Элена всегда находилась рядом, как напарница. А теперь мое прошлое и будущее столкнулись так, как я и не предполагал.

Я гляжу на него, он – на меня, широко раскрыв глаза.

– Анастейша, я никогда не думал, что для меня возможно будущее с кем-то. Ты подарила мне надежду и помогла представить возможные варианты. – Он замолкает.

– Я подслушала, – еле слышно шепчу я и гляжу на свои руки.

– Что? Наш разговор?

– Да.

– Ну и что? – неуверенно спрашивает он.

– Она переживает за тебя.

– Да, верно. Да и я за нее тоже, по-своему.