На пятьдесят оттенков темнее

– Ты и сам неплох, капитан. – Я восхищенно причмокиваю губами, и он не может сдержать усмешки.

Я наблюдаю, как он ходит по каюте и одевается. Он, мужчина, который только что опять нежно занимался со мной любовью. Я с трудом верю в свое везение. Кристиан садится рядом со мной и обувается.

– Капитан? Какой же я капитан, – сухо замечает он. – Я хозяин этой посудины.

Я наклоняю голову набок.

– Вы хозяин моего сердца, мистер Грей. – И моего тела… и моей души…

Он недоверчиво качает головой и опять меня целует.

– Я буду на палубе. В ванной есть душ. Тебе нужно еще что-нибудь? Попить, например? – заботливо спрашивает он, а я лишь усмехаюсь в ответ. Неужели это тот же самый мужчина? Тот же самый Пятьдесят Оттенков?

– Что? – спрашивает он, заметив мою глупую ухмылку.

– Ты.

– Что я?

– Кто ты такой и что ты сделал с Кристианом?

Его губы кривятся в грустной улыбке.

– Детка, он не очень далеко отсюда, – тихо говорит он, и грусть в его голосе заставляет меня мгновенно пожалеть о своих словах. Но Кристиан прогоняет печаль.

– Ты меня напугал.

– Правда? – Кристиан морщит лоб. – Ты издаешь такие смешанные сигналы, Анастейша. Как мужчине удержаться? – Он опять наклоняется и целует меня. – Пока, детка, – добавляет он с ослепительной улыбкой и уходит, оставив меня наедине с моими мыслями."

"Когда я поднимаюсь на палубу, Мак уже вернулся на «Грейс», но он тут же исчезает на верхней палубе, как только я открываю двери салона.

– Прекрасные новости. Хорошо. Да… В самом деле? По аварийной лестнице?.. Ясно… Да, вечером.

Он нажимает кнопку отбоя, и меня тут же настигает рев запущенного двигателя. Должно быть, Мак уже сидит в кокпите.

– Пора возвращаться, – говорит Кристиан, еще раз целует меня и упаковывает в спасательный жилет.

Мы приближаемся к марине, когда солнце уже висит над горизонтом. Я вспоминаю чудесный день. При разумном и терпеливом наставничестве Кристиана я теперь научилась убирать грот, то есть основной парус, а также передний парус и спинакер. Еще умею завязывать рифовый узел, выбленочный узел и колышку. Когда он давал мне такие уроки, его губы весело подрагивали.

– Может, я когда-нибудь свяжу тебя, – заявила я.