На один раз

Мужским, тогда подумала Саша. Так пахло от отца по праздникам, когда он брал её на руки и прижимался гладко выбритой щекой. Также, но не так. Похоже. Саша отворачивалась от этого запаха. От мамы, что им пахла. От крови на её разбитой губе, которую та поспешно стёрла. А потом забыла тот случай.

Но сейчас вспомнила. Вспомнила она и другое. Как в те дни после маминых похорон, когда она болела, у её кровати сидел Ярос и настойчиво расспрашивал про мамины бумаги.

«Чёрт побери! — выдохнула Алекс. — Он ведь искал дневники».

Он думал, Саша знает, где мама их спрятала. Вот зачем приносил ей чай и морс. Вот почему читал ей сказки и был таким ласковым — надеялся, она расскажет. Вспомнит. А она не знала.

Тогда не знала. Но сейчас поняла.

В маминой комнате стоял такой же шкаф с вырезанными ангелочками, как тот, в потайном ящике которого прабабушка хранила свои «драгоценности».

Но что же такого важного было в маминых записях для Ярослава? Мама знала, что он отцу не родной сын?

Алекс подняла глаза на Давида.

— Я не такая, как мой отец.

— Ты не должна оправдываться, милая, — покачала головой Галина Ильинична и встала. — Прости меня, дуру старую, что не сдержалась. Никого нельзя судить за грехи отцов. Прости.

— Мне жаль, — порывисто вздохнула Саша, — что моя семья доставила вам столько страданий.

Давид сверлил её глазами. На его лице было написано: жалостью тут не обойдёшься.

И почему она всё время забывала, что он не верит ни единому её слову, считая такой же лживой и вероломной, как её отец.

Сейчас — особенно.

В кухне истошно запахло сердечными каплями. Юрий Иванович протянул Галине Ильиничне стакан.

— Я обещала, что доживу до твоей свадьбы, — сказала она Давиду. Проглотила содержимое стакана. Выдохнула.

Давид засмеялся. Посмотрел на часы, кивнул Саше:

— Иди одевайся.

— Не начинайте без меня, — улыбнулась она и побежала наверх, сверкая пятками по лестнице.

Ответ был очевиден: какая свадьба без невесты. И всё же ей было приятно, когда Давид крикнул:

— Так уж и быть, другую искать не пойду.

Столько потрясений и неожиданных открытий за один день, к счастью, сыграли Саше на руку.