На грани измены (СИ)

Ладно, попробую поговорить с ней позже."

"Вскоре возвращается фотограф, и фокус внимания смещается. Свадебные катания мы традиционно совмещаем со съемкой, после чего у нас остается пара часов до ресторана, чтобы перевести дух. Все это время мы с Мишей просто смотрим фильм, почти не разговаривая друг с другом. День оказался таким насыщенным, что даже не хочется ничего обсуждать.

В ресторан мы приезжаем вовремя. Родители, как и положено, встречают нас хлебом и солью, и по старинной традиции нам с Мишей приходится кусать каравай.

Организация нашего торжества оказывается на высшем уровне. Я довольна всем без исключения. Блюда, программа, гости, я в центре внимания — чувствую себя принцессой. В какой-то момент Миша оставляет меня одну и уходит в туалет, но ни через пятнадцать и даже ни через двадцать минут он не возвращается.

Я встаю со своего места и иду на поиски.

Я прохожу мимо уборных, в которых никого нет, но не разворачиваюсь, чтобы вернуться, а двигаюсь дальше, к следующей двери, где висит табличка «служебное помещение». Там пусто. Я двигаюсь к черному входу и вижу еще одну неприметную дверь. Дергаю за ручку — не заперто. И там кто-то есть.

— Я так устала держать это в себе, милый, — меня передергивает от звука до боли знакомого голоса.

Я приоткрываю дверь и застываю. Ноги прирастают к полу, а в пальцах чувствуется сильное покалывание. В тесном помещении находятся два человека — мой муж и моя лучшая подруга. И они целуются.

Я машинально отшатываюсь от двери, не веря своим глазам. Этого просто не может быть. Мы с Ларисой дружим со школы, не считая перерыва в несколько лет, когда я училась за границей. Но и тогда мы поддерживали связь, пусть и нечасто. А теперь она будучи подружкой невесты вонзает мне нож в спину и проворачивает пару раз.

Невыносимо больно. До дрожи в коленях, до головокружения, до звона в ушах. Я чувствую, как сердце в груди сворачивается в тугой узел. Его будто растоптали, хотя нет — раскромсали на мелкие кусочки без возможности восстановления. Я впиваюсь ногтями в ладони, чтобы хоть как-то заглушить невыносимую душевную боль физической, но все попытки тщетны.

Бежать. Это единственное, что я могу сделать. Мне нужно прийти в себя.