Мы - драконы + Бонус

— Первое время я думал, что буду продолжать любить ту маленькую Иви, а для Элиссы останусь братом, но я ошибся, — Дастиан вздохнул, — я смотрю на свою сестру, а в ней вижу Ив, она проглядывает во всем, и даже голос…"

"— Тем более голос, — понуро отметил Эйнар, — он же у нее не изменился. Я тоже наговорил ерунды сгоряча, а потом понял, что мне жизни без нее нет, но было уже поздно. Она настояла на расторжении договора.

— Странно, Иви всегда тебя любила, — задумчиво протянул Дастиан.

— Я сам все испортил, понимаешь, сам.

— Многие так и живут, — согласился с ним Дастиан.

— Да, но… — Эйнар сел в кровати и свесил ноги к полу, — когда она перебралась в Леарну, я изменился, Дастиан, и сам этого не заметил. Она стала для меня, как воздух, а воздух он ведь невидимый, и ты узнаешь, что он исчез только когда начнешь задыхаться.

— Почему тогда она отвергла тебя? — Дастиана неумолимо клонило в сон.

— Потому что я идиот, снова выбрал внешнее, а Иви это сразу поняла, она ведь всегда умела смотреть прямо в душу. Она любила меня, а я бездарно все про… — Эйнар не договорил и умолк. Дастиан сочувственно вздохнул и не заметил, как уснул.

Глава 2

Принцы проснулись, когда солнце уже давно встало, под окнами копошился Лаг, где-то вдалеке пофыркивал морав. Дастиан вскочил с лежанки, словно и не было никакого падения, Эйнар тоже выглядел выспавшимся.

Они выпили горячего напитка из аркафии и заторопились во дворец.

— А где ваша дочь, Лаг? — спросил Дастиан перед тем, как обернуться.

— К бабке ухала, вчера еще, — простодушно ответил тот.

— Как вчера? — не понял Эйнар. — Она же в соседней комнате спала!

— А, ну да, — поспешно закивал лесник, — я это и хотел сказать, что спала, спала, а потом раненько встала, и только ее и видели.

Поняв, что ничего больше от него не добиться, принцы попрощались, и уже через минуту летели над Лаэлем, их мощные крылья разрезали воздух, словно саи в руках умелого мастера.

Во дворце, как и говорила Нилеса, царил натуральный переполох. Все куда-то спешили, бежали, торопились, и лица у всех были, соответственно, хмурые и сосредоточенные.