Соблазн

Пока делаю чай, ощущаю солнечным сплетением, в котором поселилась тяжесть, что там что‑то происходит. Быстро выплёскиваю чай в алюминиевую чашку, чтобы немного остудить, выливаю снова в кружку и спешу в детскую.

Илья беззащитно стоит посреди комнаты, теребя в руках своего уже старенького тряпочного кота, словно пытаясь прикрыться им. Я шила этого кота сама, когда была беременна. До сих пор без него не засыпает.

Борис нависает над ним.

По щекам сына текут слёзы.

— Не ожидал, что мой сын станет моим позором.

— Я не хотел… — не поднимая глаз, рвано вздыхает Илюшка.

— Мне жаль говорить это, но ты меня разочаровал. И, конечно, ты будешь наказан. Ты должен быть более ответственным и серьёзным. Думаю, лишить тебя сладкого и игрушек на неделю будет полезно… для осознания правил поведения в приличном обществе.

— Это нечестно… — рыдает сын. — Все вели себя плохо. Их никто не ругал. А я нечаянно.

— Мне плевать на «всех»! Мой сын должен вести себя достойно! Дай сюда эту тряпку, — требует он кота.

— Это Сплюшка… — делает шаг назад сын. — Его нельзя. В нём хорошие сны.

— Это не тебе решать. Дай сюда!

Выдёргивает из рук.

Сын взрывается слезами.

— Веди себя как мужчина, не смей рыдать из‑за пустяков!

— Отдай! — тянет руки Илья."

"С грохотом ставлю кружку на стол. Меня трясёт. Но у нас в семье не принято противоречить друг другу при ребёнке. «Родители должны выступать единым фронтом». Впрочем, это правило работает только в одну сторону. Не смею противоречить только лишь я.

— Борис… — выразительно одёргиваю его. — Отдай ему Сплюшку.

— Выйди, Тори. Это мой сын. И я не позволю ему вырасти никчёмным клоуном.

— Это и мой сын! И я не позволю делать из него невротика. Отдай игрушку!

Борис рассерженно разворачивается. Пусть лучше направит свою кислоту на меня. Я переживу!

— Выйди! — рявкает он.

— Не надо мамочку… ругать! — обнимает меня за бедро рыдающий сын.

Отодрав его от меня, Борис подхватывает меня за локоть и молча вытаскивает за дверь детской.

— Не мешай нам разговаривать.

Дверь перед моим носом захлопывается.

У меня все трясётся внутри. Должен же быть способ остановить это всё?? Но я совершенно не умею скандалить и конфликтовать! Я очень болею после этого.

Растерянно оглядываюсь, слыша рыдания сына и то, как тихо продолжает выговаривать ему Борис. Но не кидаться же на мужа при ребёнке. Меня перекрывает от возмущения и беспомощности.