Мошенники

— Извините, что?

— Как вы сказали? Как вы назвали этого человека?

— Мистер Карел, я не понимаю, чего вы хотите.

— Вы только что упомянули о повторном счете на два вида работ. Он кому…

— А, так вы не поняли. Крыло в машине не только поцарапали, но еще и помяли. Так, чтобы выровнять, его должны были отбивать, а потом еще и красить. А потом каждому нужно платить отдельно: за отбивку — отбивщику, а за покраску — маляру. Все правильно. Крыло получилось как новое.

— Миссис Векслер, простите, а вы не знаете, этот отбивщик и маляр — это одно и то же лицо?

— Я знаю? Может, там у них все это и один человек делает, но в счете там две графы — за отбивку — отбивщику…

— Миссис Векслер, а ваш муж… ваш муж тоже так говорил, как вы?

— Как вы сказали?

— Я говорю, ваш муж, он тоже называл так эти работы?

— А как он мог еще их называть? А, вы про акцент? Да, он тоже так говорил.

Только, мистер Карел, вы не знаете, какой это был золотой человек, добрый…

— Берт! — заорал вдруг Карелла.

Клинг глянул на него из-за своего стола.

— Собирайся! — сказал Карелла. — До свидания, миссис Векслер, я обязательно позвоню вам позже. — И он грохнул трубку на рычаг.

Клинг тем временем уже пристегивал к поясу кобуру с револьвером.

— В чем дело? — спросил он.

— Похоже, мы его нашли.

Глава 15

На задержание отправились втроем, хотя в данном случае можно было ограничиться и одним человеком."

"Прибыв на место, Браун, Карелла и Клинг прежде всего переговорили с Батистой — владельцем гаража-мастерской. Разговор они вели вполголоса в крохотном кабинетике, с обтрепанным вертящимся креслом и столом, больше похожим на верстак.

Батиста слушал их с расширенными от изумления глазами, потухшая сигара свисала при этом из уголка его губ. Время от времени он только молча кивал. Глаза его еще больше расширились, когда он увидел, что все трое детективов, как по команде, достали из кобуры револьверы, прежде чем направиться на задний двор. Он уже успел им сказать, что Бадди Мэннерс занят сейчас покраской кузова. Они попросили его оставаться в своем кабинете, пока вся эта заварушка не кончится. В ответ он снова кивнул, вынул наконец давно потухшую сигару изо рта, но так и остался в своем кресле. Выражение крайнего изумления не покидало его лица, а то, что сцены, которые он ранее наблюдал только на экране телевизора, вдруг стали разыгрываться у него в мастерской, казалось, начисто лишило его дара речи.

Мэннерс действительно был занят окраской кузова на заднем дворе.