Мошенники

Вот три слагаемых, составлявших психологический портрет детектива второго разряда, который успешно и добросовестно трудился в Восемьдесят седьмом полицейском участке, настойчиво и скрупулезно распутывая каждое порученное ему дело до конца. И это терпение помогало ему в работе так же, как другим помогает хорошо подвешенный язык или приятная внешность.

Таким образом, странное его имя в конечном счете не слишком повредило ему. Само собой разумеется, что носить такое имя было не очень-то приятно, но, тем не менее, он все-таки выжил, и даже стал хорошим человеком и хорошим полицейским.

Смирившись за долгие годы с тем, что ненависть к отцу все равно не изменит его имени, он снова пережил щемящее чувство утраты, позабыв на мгновенье о всех своих обидах, о том, что живет он со своим именем как с клеймом.

Именно поэтому Мейер сейчас с таким терпением слушал, как Раскин восхваляет этого шута горохового, который по стечению обстоятельств оказался его отцом, но при этом в глубине души он не верил ни единому его слову.

— Нет, этот совсем не похож на человека, который решил подшутить над кем-то, — продолжал тем временем Раскин. — Вы что думаете, если бы речь шла о шутке, то я оказался бы тут? Что, у меня нет никаких других дел, кроме как сидеть сейчас тут у вас и трепаться о разных розыгрышах?

— В таком случае Дэйв, что же вы сами об этом думаете? Вы считаете, что этот человек и в самом деле собирается убить вас, если вы не освободите это помещение?

— Собирается убить меня? Кто вам мог сказать такую глупость? — Мейеру даже показалось, что Дэйв Раскин при этом заметно побледнел.

— А разве он не говорил вам, что он собирается убить вас?

— Нет, он, конечно, говорил так, но…

— И разве не вы мне только что сказали, что не считаете его слова шуткой?

— Ну я, конечно, говорил, но…

— Значит, судя по всему, вы и в самом деле считаете, что он собирается убить вас, если вы не покинете это помещение.