Мошенники

Ее лицо светилось таким безудержным ликованием, что детектив Клинг невольно вспомнил, как эта же девушка лежала на полу винного магазина, прижавшись к доскам щекой, и задумался о бренности земного существования, о скоротечной радости и неминуемой смерти.

— Это Анни, — произнесла женщина, поймав его взгляд.

— Понятно, — отозвался Клинг.

— Эта фотография сделана несколько лет назад. Во время их медового месяца. Они поехали в Индиану, на ферму его отца. Провели там месяц. Она была на седьмом небе от счастья.

— Ее бывшего мужа зовут, если не ошибаюсь, Тед Бун? — спросил Клинг."

"— Да, Теодор Бун. Я всегда называла его Теодором. Симпатичный юноша. Фотограф. Это его работа. Увеличил маленький снимок. Талантливый парень.

— Вы знаете, почему они разошлись?

— Да.

— Почему же?

— Он перерос мою дочь. — Женщина сказала это просто, без надрыва, словно констатировала факт.

— Как вас понимать, миссис Травайл?

— Так, как я сказала. Анни не отличалась большим интеллектом. Она… да, она моя дочь, но надо признать, что умом она не блистала.

Миссис Травайл замолчала, и хотя её лицо оставалось печальным, она, похоже, не думала уже о смерти. Она пыталась выразить то, о чем, возможно, никогда никому не говорила. О чем мать не говорит даже родной дочери, но потом вторгается смерть, и не остается больше ни секретов, ни чувств, которые боязно задеть, ни самолюбия, которое надо щадить.

— А Теодор рос, — продолжала она. — Не только в своей профессии. С профессией все было ясно с самого начала. Совершенствовался он вот здесь. — Она постучала пальцем по виску. — Ему хотелось достичь большего, чем он имел. Новый опыт, знания, стимулы — вот чего он искал. Анни не могла дать ему всего этого. И он решил с ней развестись.

— Она согласилась на развод?

— Да.