Морозов. Книга 2

Он поднял чашку с отваром, и я последовал его примеру.

— Вы правы. Водянова ответственная и крайне продуктивная секретарша.

— Мне пришлось сменить несколько, пока не нашли подходящего, — вздохнул мужчина.

— В нашем доме немного слуг. Но они хорошо справляются с обязанностями.

— Это говорит лишь о том, что мы напрасно держим большой штат, — усмехнулся князь. — Но справедливости ради, у меня несколько детей и стариков на попечении. Они требуют особого внимания.

Я подумал, что Юрий Александрович вряд ли может похвастаться ожившим покойником в склепе.

— Как вам новая должность? — поинтересовался Шереметьев, окончательно уводя беседу в плоскость светского трёпа обо всем и ни о чем.

Я пожал плечами:

— В целом хорошо. Правда, я недавно в столице. Так что посетить собрания ведьмаков ещё пока не довелось.

— Ну, ещё успеется, — ответил князь. — Хотя по правде, вы немногие потеряли.

Мы побеседовали ещё минут пять, пока у меня в кармане не зазвонил телефон.

— Прошу меня простить, князь.

Я вытащил аппарат, взглянул на экран. Недовольно поморщился:

— Дела семьи, которые, видимо, не требуют отлагательств.

Шереметьев улыбнулся:

— Все нормально. Такая уж у нас работа.

Я провел пальцем по экрану, принимая вызов:

— У аппарата.

— Доброго дня, мастер Михаил Владимирович, — послышался из динамика голос Никона. — Ваш секретарь сказал мне, что вы отбыли на деловую встречу. Вы ещё в городе?

— Да, — осторожно ответил я, мысленно жалея, что взял трубку.

— Отлично, — голос Никона мигом повеселел. — Тогда не могли бы вы приехать на киностудию ""Спасибо ТВ""? Для участия в одном проекте.

Меня так и подмывало сказать ""нет"", но Лилия настоятельно просила меня не хамить Никону. Придется ехать.

— Могу. Во сколько?"

"— Через час, — был мне ответ. — Но если вы опоздаете — ничего страшного. Вас может забрать машина Синода. Только скажите, куда нужно подъехать.

— Я доберусь сам.

— Вот и чудно. Тогда до встречи.

Телефон замолчал, и я убрал его в карман. Сделал глоток отвара и посмотрел на Шереметьева:

— Простите, князь, вынужден откланяться. Куратор из Синода настаивает на изменении планов.

— А кто курирует вашу семью, если не секрет? — тут же поинтересовался Юрий Александрович.

Тайны из этого я делать не собирался. Если Шереметьев захочет — все равно узнает.

— Никон.