Морозов. Книга 2

Лилия деловито принялась снимать плечики и вешать и на свободную стойку у правой стены. Носильщики бодро занесли еще несколько свертков из крафтовой бумаги, перевязанные бечевкой.

— Сорочки? — строго уточнила Лилия и, получив утвердительный ответ, указала на диванчик. — Оставьте там.

Вскоре вешалка была свободна и ее выкатили прочь. Лилия беззастенчиво начала открывать чехлы и вытаскивать одежду.

— До чего же хорош Гаврилов, — пробормотала она восхищенно. — Знаешь, он шьет мундиры даже великому князю.

"— Серьезно? — удивился я. — А с виду не скажешь, что он такой крутой. Да и лавка у него выглядит скромно.

— Не все то золото, что блестит, — хмыкнула девушка.

— И нам по средствам такой портной?

Лилия приложила ко мне белоснежную рубашку и цокнула языком.

— Морозовы — старая семья. Нам не отказывают в услугах, даже несмотря на тяжелые для семьи времена.

— Ясно.

— Гаврилову проще сделать нам скидку, чем вынудить пойти к другому портному. Но и нам невыгодно менять мастера.

— Как же все сложно, — я прошелся вдоль стены, рассматривая заполненные полки слева.

— Это вещи Дениса, — пояснила девушка. — В особняке нет необходимости иметь отдельные гардеробные для каждого члена семьи. Вся одежда хранится тут. Федор выбирает подходящие костюмы и разносит их по комнатам.

Я подошел к стойке, больше походящей на витрину магазина. На бархатном основании виднелись два ряда наручных часов разных оттенков металла, изысканные булавки и зажимы для галстуков, карманные часы с витыми цепочками, множество запонок, кольца с гербом семьи. В стороне лежали ремни с широкими пряжками.

— Не хило, — присвистнул я.

— Все это является частью официальных костюмов, — пояснила Лилия. — Поверь, ты вряд ли разберешься, какие аксессуары к какому образу подойдут. Федор сам всегда подбирает комплект.

— Как он все успевает? — подивился я.

— Приходится, — пожала плечами девушка. — У семьи нет возможности нанять больше персонала.

— Скоро все измениться.

Секретарша окинула меня долгим взглядом, потом быстро подошла и потянулась, словно собиралась обнять.