Скандальный развод

Рядом со мной — Вадим. Это похоже на встречу двух пар-друзей. Я скашиваю взгляд на Вадима, вижу его самодовольную улыбку и хочу расцеловать, но сдерживаюсь. Мы пока что друзьям не говорили о своем статусе пары.

— С победой поздравлять рано, но вот с открытием уголовного производства против Субботина — можно.

Вадим отвечает так, словно его слова — это не главная сенсация месяца, если не года. А еще излишне скромничает, не делая ударения на том, что лучший подарок на сегодняшнем заседании преподнес мне он и, как ни странно, Лорик.

— Подробности, друзья! Мне нужны подробности! — Мира требует, я в ответ смеюсь и подаюсь ближе к подруге.

— Лорик всегда хотела быть не просто любовницей, Мир. Она метила на мое место не только в постели Субботина, но и в жизни. Ей недостаточно было просто помочь Кириллу отжать у меня дело, она сама хотела прибрать его к рукам. Роль жены Субботина её вполне устроила бы, но Кирилл жениться на ней не собирался.

— Этот мудак посчитал, что всех переиграл и уничтожил.

— А получилось, что переиграли его.

— Лорик, да. А уничтожим мы.

Вадим улыбается шире, я еле отрываю от него взгляд. Ну что за обаяние у человека? И как я могла раньше его не замечать?

— Она ныла ему о браке, Кирилл долго мямлил что-то невнятное, в итоге послал её к черту. Уволил, рассчитал, внес в черный список.

Слова Вадима не отзываются во мне жалостью. Уверена, ему тоже совсем не жалко Ларису. Мы даже благодарности по отношению к ней не испытываем. Во мне откуда-то живет уверенность, что и без свидетельств Ларисы Вадим победил бы.

Судья явно нам благоволила.

— Субботин заблокировал её номер. В общем, включил полный игнор. Лариса взбесилась. Решила мстить, вышла на меня.

— И что, ты уговорил её свидетельствовать против себя? — Рома неожиданно для всех откладывает телефон и задает вопрос своему адвокату.

— А ты сомневаешься в моих способностях уговаривать людей делать то, что мне нужно?

— Если ты намекаешь на повышение оклада, то не надейся.

Вадим хмыкает но не настаивает. Нам всем интересно дослушать историю."

"— Я сказал ей правду: если в деле появится хоть какая-то доверенность — её фальсификацию мы докажем.