Моя горькая свадьба

Явно, всё не так просто, как он изложил.

— Скажем так, жених там, человек достаточно серьёзный. Он будет считать, что аферу провернули его враги. Не исключаю, он будет жаждет мести. Мы должны сделать всё возможное, чтобы следы не привели его к Юле. И к нам! По этой причине я не хочу вовлекать в историю посторонних людей. Но ты, Мотя, не переживай! Никто никогда ничего не узнает! Мы с Юлей придумали образ для тебя! Ты будешь знойной брюнеткой с огромным животом!

И Вадим начинает мне оживлённо рассказывать подробности, эмоционально размахивая руками.

* * *Внутри меня растёт нервный комок. Вырываюсь из омута воспоминаний и бросаю беспомощный взгляд на Вадима, который что-то нежно шепчет своей спутнице. Эта та самая журналистка, о которой он говорил. Она ведёт колонку сплетен на одном из популярных сайтов для женщин.

Юля предоставила Вадиму информацию, когда и где запланирован семейный обед. С учётом того, что её отец и жених люди важные, деловые, занятые, из тех, у кого графики работы расписаны на месяц вперёд, не удивительно, что дата встречи согласовывалась заранее.

Вадим быстро подсуетился, забронировал столик для меня и для себя. Миловидная блондинка рядом с ним изучала меню, одновременно кокетничая с Вадимом. «В работе детектива самое главное — это умение раздобыть информацию! Журналисты, которые бывают везде, знают «всё и обо всех», настоящая кладезь информации!» — любил повторять Вадим, который имел обширный круг знакомых и друзей из самых разных сфер.

Журналистка не знает о предстоящем спектакле, всё должно выглядеть так, что она оказалась случайно «в нужное время в нужном месте! Вадим пригласил её на встречу, якобы разузнать информацию о совершенно другом человеке.

Страх сжимает мои внутренности. Я отчётливо помню тот момент, когда он поселился у меня внутри.

— Кто он? — прошептала я дрожащими губами.

— Знаешь, Мотя, в некоторых случаях говорят: меньше знаешь, крепче спишь. Для тебя он просто «объект!» — сухо ответил он, так и не ответив на мой вопрос.

Теперь картина мне стала ясной. Понятны опасения Вадима, его тревога, которую он безуспешно пытался скрыть от меня. Всё было намного опасней, чем я могла предположить.