Моя дочь – волчица

 — Понимаю, качество оставляет желать лучшего: темно, далековато, совершенно не видно лица, только фигура. Но постарайтесь сказать: это может быть она? Та же девушка, что вы у подъезда встретили?

Пенсионерка долго и внимательно всматривалась в снимок.

— Фигура щупленькая, и рост тоже подходит, — наконец сказала она, — но большего, боюсь, мне тут не разглядеть."

"— Не страшно, пока этого достаточно. Сегодня к вам приедет наш художник. По вашему описанию он сделает портрет незнакомки. Я запротоколирую новые показания, и с сегодняшнего дня вы официально являетесь свидетелем, который видел лицо преступницы, возможно, убийцы.

— Она так не похожа на злодейку, — растерянно пробормотала женщина.

— Не похожа и к тому же виртуозно входит в доверие к людям! — строго заметил Лев. — Поэтому вы о нашем сегодняшнем разговоре никому не рассказывайте. Ни подругам, ни соседям или близким знакомым. И, разумеется, не распространяйтесь, что видели лицо преступницы. Зинаида Михайловна, это в интересах вашей безопасности!

— Хорошо, Лев Иванович.

— Правда?! Почему же вы раньше об этом не упомянули?

— Совсем забыла, — повинилась пенсионерка, — расстроилась сильно, и все из головы вон. А как фото увидела — вспомнила. Девушка на нем держит похожую сумку.

— Похожую или точно такую же?

— Эта вроде побольше. Но точно не скажу, темно, да и далеко слишком.

Наличие в руках девушки спортивной сумки еще раз убедило Гурова, что она преступница.

«Нет, это же надо так ошибиться? — злился он. — Полицейские пытались оцепить места происшествия. Обыскивали всех подозрительных мужчин с сумками. Возможно, молодая женщина проходила совсем рядом, а обыскать ее никому не пришло в голову. Впрочем, преступница хорошо продумывала все свои действия. Она могла и не попадать в полицейское оцепление, так как уходила задолго до объявления тревоги.

Кстати говоря, в тот раз она нападала не в квартире, а в лифте. Значит, сознательно рискуя, должна была продумать и организовать быстрый отход. И, вероятно, была не одна.