Моя дочь – волчица

Итак, кто из вас готов сотрудничать?

Хор голосов не оставлял сомнений: сотрудничать будут все.

— Рад, что мы поняли друг друга. Итак, начнем. Кто приказал поджечь блок «С»? — задал первый вопрос Гуров.

— Доктор Рымчук.

— У него был специальный человек, который поставлял наркоманов.

— Рымчук узнал, что он разбился на машине, а с ним погиб и очередной «наркоша».

— Кто-то предупредил Рымчука, что делом занялась полиция. И они вот-вот нагрянут в клинику.

— Он приказал собирать оборудование, грузить в машину. И пациентов блока «С» тоже.

— Потом сказал, что в блоке нужно все сжечь.

Ответы сыпались со всех сторон. Санитары наперебой выкладывали всю подноготную на бывшего работодателя, спеша доказать, что готовы сотрудничать.

— Следующий вопрос: кто приказал ехать в санаторий?

— Конечно, Рымчук.

— Сперва он приказал уезжать из города. Дал только направление, по Минскому шоссе.

— Потом позвонил и велел ждать дальнейших указаний.

— Мы так и поступили. Потом он дал адрес санатория, сказал, что нас будут ждать.

— Тут сторож был. Дал нам ключи, показал, какое здание можно занимать, и уехал.

Ответы по-прежнему сыпались со всех сторон.

— Теперь главный вопрос: кто должен приехать сегодня вечером?

— Этого мы не знаем, — после минутной паузы заговорил Леня. — Дело в том, что телефонов нам не оставили. Когда мы уезжали из клиники, доктор Рымчук приказал оставить документы и телефоны у него. Ослушаться мы не могли.

— Как же он связывался с вами? — спросил Гуров.

— Дал аппарат, действующий только на прием, — признался Леня.

— Только не больно-то он торопится перезванивать, — вклинился Маркуша. — Мы уже трижды с обеда звонили, а он нам так и не перезвонил.

— Так и есть. Мы даже начали подумывать, что он нас бросил, — подтвердил Погода.

Гурову надоели хоровые ответы, он решил исправить положение.

— Хорошо.

— Утром. Он звонил сам. Разговаривал с ним я, — на этот раз говорил только Леня. — Сказал, что Валику плохо совсем, что без врача он загнется. Рымчук велел ждать до вечера.

— Сможете повторить слово в слово все, что он сказал? — потребовал Гуров.

— Попробую, — кивнул Леня.