Моя дочь – волчица

Знаешь, чем он теперь занимается? Скрашивает жизнь раковых больных, находящихся в последней стадии. Думаешь, это намного веселее, чем работа с наркоманами? Или стоны их родни не настолько тяжелы?

— Он правда этим занимается? — искренне удивился Жаворонков. — Тогда мне жаль его. Профессор, научные труды по наркологии имеет, а занимается тем, с чем обычная сиделка справится в десять раз лучше.

Гуров вспомнил свою первую и пока единственную встречу с доктором Рымчуком. Ни расстроенным, ни подавленным, ни тем более скучающим он ему не показался.

— Слушай, давай по списку пройдемся, — попросил он, еще не понимая, что собирается искать.

Когда данные по третьему врачу загрузились, Лев понял, что именно его насторожило. Все восемь врачей, принятые в штат клиники в первом потоке, так или иначе были связаны с наркологией.

— Мне казалось, клиника специализируется на раковых, — почесал затылок Жаворонков, — а тут прямо консилиум по проблемам наркомании и алкоголизма. Быть может, в интернете что-то напутали? Или клиника перепрофилировалась, а в базе данных сведения не обновили? Такое бывает.

— Да нет, Валера, ошибки никакой нет. Клиника действительно не занимается наркоманами, — задумчиво проговорил Гуров. — Заниматься не занимается, а вот интересуется — точно!

— Могу я чем-то еще помочь? — поняв, что полковник сильно озабочен, спросил Жаворонков.

— Спасибо, Валера. Я позвоню, если будет нужно.

Лев сгреб в охапку кучу распечаток, касающихся сотрудников клиники и их прошлого, и вышел.

Два дня Гуров ездил по городу, собирая информацию на работников клиники из первого потока. Он отправил запросы в полицию Санкт-Петербурга и Казани с просьбой оказать содействие и выслать толковых специалистов для беседы с коллегами профессора Рымчука. Помимо Виталия Семеновича иногородних специалистов набралось еще четверо. По их души тоже были отправлены запросы. Список заметно похудел, но Гурову было еще чем заняться."

"Начал он с медсестер.