Сказка на ночь

Плохо же Джон за ними следил, раз не разнял вовремя. А с другой стороны, куда ещё им выплескивать дикую энергию? Пожалуй, иначе было попросту нельзя. Пришлось схлестнуться в поединке. Так выясняют между собой отношения эти безумные мужчины.

Под конец завтрака становится легче. Не помню, кто начинает говорить первым. Кажется, Алена отпускает ничего не значащее замечание. Я поддерживаю беседу. Слово за слово, каждый из присутствующих постепенно подключается к непринужденному обсуждению. Мы опять нормально общаемся, говорим как обычные люди.

Семья. Звучит очень непривычно, если учесть то, какой смысл я вкладываю в это слово теперь, кого именно имею ввиду.

Разве я могла раньше представить, что соединю свою жизнь с одержимым мужчиной из рода Ахметовых?

Теперь все эти люди моя семья. Трудно поверить. Тяжело принять до конца. Но спешить некуда. Впереди целая жизнь."

"Я чувствую малыша внутри. Не движение, не шевеление. Чувствую гулкое биение крохотного, но уже очень сильного и храброго сердца.

Ребёнок говорит мне — «Мама, ты справишься». И от этого свет переполняет душу изнутри.

Вечером мы провожаем Марата и Вику в аэропорт. Я не уверена, что им действительно необходимо настолько срочно уезжать. Разумеется, бизнес требует личного присутствия. Но нужно ли так торопиться? Подозреваю, дело скорее в натянутых отношениях между нами. Марат был готов потратить любое количество времени на поиски отца, но как только все завершилось, вспомнил про срочные дела.

— Нам нужно закрепиться в Америке, многие проблемы остались позади, но кое-что до сих пор требует контроля, — поясняет Вика. — Теперь там наш дом.

— Мы тоже всегда вас ждём.

— Благодарю, — улыбается она и обнимает меня.

А я замечаю, что у Рустама от этой картины аж глаз дергается, мускул на щеке болезненно сокращается. Он не одобряет подобное общение. А потом муж видит, как на моих губах возникает искренняя улыбка, и смягчается, немного расслабляется.

— Юля, ты была права, — тихо произносит Вика. — Насчёт Олега.

Мы отстраняемся, разрываем контакт, смотрим друг на друга достаточно долго, а после объявляют посадку на рейс, и мы расходимся в разные стороны.

Я вижу, как Марат обнимает Вику, держит за талию. Осторожно и бережно. До боли знакомые повадки и движения.

Разве этот мужчина мог заставить любимую женщину страдать? Нет, не верю.