Мой темный Ромео

— Даллас, — он положил руку мне на предплечье. — О, Дал, пожалуйста. Пойдем со мной, — он поймал мою руку, — давай умоем твое лицо.

Я позволила ему вывести меня из бального зала. С его стороны было в равной степени мило и безумно предположить, что я позволю воде коснуться моего лица после того, как я три часа подряд делала макияж.

— Я не хочу мыть лицо.

Он остановился и повернулся ко мне, его рука все еще переплеталась с моей.

— Хорошо. Знаешь что? Позволь принести тебе тарелку десертов. Это всегда поднимает настроение.

Мне было удобно улизнуть со свадьбы на задний двор бального зала и сесть на перила. В конце концов, мне было наплевать на то, что кто-то обнаружит меня с Мэдисоном.

Двор выходил на небольшое озеро. Лебеди и утки скользили по ледяной воде.

Мэдисон появился с тарелкой, уставленной розовыми и коралловыми макарунами, эклерами из белого шоколада и фруктовыми пирогами с золотыми крапинками. Десерты выглядели слишком красиво, чтобы их можно было есть.

Тем не менее, я запихнула себе в глотку макарун, едва почувствовав его вкус.

Мэдисон сел рядом со мной.

— Лучше?

Я кивнула, щурясь на бесконечные зеленые холмы и сады, окружающие владения фон Бисмарка.

— Мне очень жаль, Мэд…

— Пожалуйста, хватит об этом, — он похлопал меня по коленке, улыбаясь. — Мы с тобой оба знаем, что на самом деле ты мне не изменяла. Мы всегда были договоренностью. Не обременяй себя необоснованным чувством вины. Был ли я разочарован? Да.

Очень желая успокоить его, а также избавить себя от тяжести правды, я выпалила:

— Но я вовсе не выбирала его. Это должен был быть один маленький поцелуй, прежде чем я выйду за тебя замуж. Все пошло как снежный ком, и теперь я застряла с… с… этим зверем.

Было приятно быть ребячливой и искренней. С Мэдисоном, мои другом детства, я чувствовала себя свободной версией себя, которую вышвырнут из залов приличного и зрелого общества.

Мэдисон выглядел так, словно небо упало ему прямо на голову.

— Ты хочешь сказать, что не хотела жениться на Косте?

— Нет! — я вскинула руки. — Папа заставил меня после того, как поймал нас. Ромео все это спланировал. Он меня подставил.

Когда я объясняла Мэдисону цепь событий, в глубине души я знала, что играю не с огнем, а с полноценным ящиком с динамитом.

Но соблазн оказался слишком велик.