Мой темный Ромео

Я продолжала расхаживать в своем спальном халате, даже когда он начал пахнуть.

Хетти сморщила нос, оставив свои бесплодные попытки отстирать мое пятно от французской краски.

— Наверху есть прачечная.

—Я знаю, — я вертела вилкой, наматывая лапшу паппарделле. — Ты не голодна?

— Я ужинала с тобой два часа назад, — ее глаза проследили за соусом, который попал на мое платье, а затем на шерстяную обивку. — Ты не боишься, что Ромео сорвется, когда увидит, — она покрутила пальцем, — все это?

— Неа.

— Вы, ребята, в ссоре?

Если это ссора, то Вторая мировая война была спором соседей.

Почувствовав мое настроение, она встала, вернувшись с дорогой бутылкой шампанского.

— Мы можем напиться, чтобы забыть о наших бедах.

Я запихнула макароны себе в горло.

— Значит, я могу продолжить вспоминать их завтра, но уже с похмелья?

— Дело принято.

В полночь Хетти оставила меня томиться в своих мыслях.

Неистовая ярость затмила облегчение от того, что не нужно иметь дело с Ромео. Как он посмел запереть меня в своем особняке и продолжать жить своей лучшей злодейской жизнью?

Вместо жениха, на котором я могла бы вымещать свой гнев, каждый предмет в его спальне и кабинете был в моей власти.

Я не оставляла попыток узнать больше о человеке, который вошел в мою жизнь в дорогом смокинге и перевернул ее с ног на голову только потому, что это ему подходило.

Я провела всю ночь, просеивая документы в его кабинете, перебирая пункт за пунктом и раскладывая их не в хронологическом порядке, просто чтобы воздействовать на его психику.

К тому времени, как солнце поднялось над небом, я уже кое-что узнала о своем будущем муже:

1) Он был исключительно, тревожно, ужасно хорош в зарабатывании денег. Его талант превращать десять центов в Бенджамина был непревзойденным.

2) В течение последних нескольких месяцев его отец заставлял его жениться в обмен на должность генерального директора в «Costa Industries» после предстоящего ухода старшего на пенсию.

3) Недружелюбные, краткие переписки по электронной почте между Ромео и его отцом также содержали резкие слова о семье Лихтов.

Удовлетворенная тем, что я положила брешь в своих исследованиях, я зашла на кухню, чтобы вдохнуть вафли Хетти с черникой и орехами пекан, прежде чем удалиться в свою комнату, чтобы вздремнуть.

На следующий вечер я сидела плечом к плечу с Хетти, прихлебывая чай, который она привезла из Дарджилинга.