Мой темный Ромео

"

"Но мне пришло в голову, что моя жена может быть не в восторге от лютого мороза, наступившего после того, как отступила осень, освободив место для зимы.

Не в настроении играть в прятки, я достал свой телефон и проверил ее местонахождение через камеры наблюдения.

Перематывая видео, я нашел кадры, на которых она тащит негабаритный чемодан «Louis Vuitton» в подземный гараж, сжимая ручку двумя сжатыми кулаками, как будто в ней находится мертвое тело.

Чемодан.

Я рванул в том направлении.

Мощное зелье гнева и тревоги бурлило в моем животе.

Выбрала один из вариантов, которые ты ей дал. Уходи, придурок.

Меня больше не удивляло, что у меня была реакция на Даллас – на тот момент это было фактом.

Но у меня скрутило желудок и все внутренние органы, сжав их в комок опасений, чтобы признать, как глубоко она впилась мне в кожу. Так глубоко, что она просачивалась сквозь плоть, кровь и кости.

Сквозь стволовые клетки, мозговые шрамы и плотные слои льда.

Она попала прямо туда, где было сыро и нежно.

А потому, что я хотел ее.

Жаждал ее.

Потому что прикосновение к ней было единственной чертовой вещью, о которой я мог думать.

К тому времени, как я ворвался в двери подземного гаража, во мне было достаточно ярости, чтобы зажечь Вегас. Тем не менее, мое самообладание оставалось безупречным.

Даллас взгромоздилась на гору чемоданов рядом с «Майбахом», перекусывая маленькой коробочкой палочек «Поки» с клубникой.

Мне было противно видеть, как кто-то настолько неискушенный имеет надо мной такую власть.

Я обошел ее, сцепив руки за спиной.

— Собираешься куда-нибудь в хорошее место?

— Любое место вдали от тебя прекрасно.

Внутри что-то, кто-то, закричало на меня, заставляя ее остаться. Не потому, что я мог ее терпеть, а потому, что потерять ее означало проиграть Мэдисону.

Вместо этого я изобразил равнодушие.

— Чапел-Фолс или Хэмптонс?

— Чапел-Фолс, — она высосала клубничную оболочку, прежде чем бросить голую палочку обратно в коробку. — Я не против выйти замуж за кого-то, у кого есть дети. Много детей, чтобы окружить себя.

Что было с этой женщиной и маленькими людьми?

— Я позвоню Джареду, — я поднес телефон к уху, не веря, что впервые за мой тридцать один год кто-то раскрыл мой блеф и что кому-то понравились книги Генри Плоткина и «Читеры».