Мой темный Ромео

— Мне просто нужен материал для чтения, когда станет скучно, — она выбрала книгу в твердом переплете, на которой были изображены два синих мужчины без рубашки с рогами и хвостами, преклонившие колени перед полуобнаженной женщиной.

— Точно нет, — я вырвал книгу из ее рук, поднимая выше ее досягаемости.

— Не будь таким занудой. Я накрою ее суперобложкой. Мы можем выбрать одну из раздела классики.

— У нас нет на это времени.

Она подошла к ряду книг в футлярах и вытащила одну, поглаживая твердый переплет шестью разными способами.

Затем она открыла страницы и проверила каждую. Ее пальцы прослеживали ламинат обложки, нащупывая бороздки. Как будто она не собиралась впоследствии накрыть ее пыльной курткой для «Преступления и наказания».

И, наконец, она подняла книгу на уровень глаз, поворачивая ее на каждый градус, чтобы проверить – я не знаю что. Пыль? Вмятины? Ее здравомыслие? Все вышеперечисленное?

— Торопись, — я поднял руку с часами, отметив опасную близость длинной стрелки к двенадцати.

— Ты богат. Я уловила это, — она зевнула. — Единственные миллиардеры, которые мне нравятся – вымышленные.

— Тем не менее, единственные люди, которые могут позволить себе твое существование – это миллиардеры. Да и то едва ли, — я встретился взглядом с курчавым менеджером, направляя его к нам взглядом.

— Ага, — его волосы качнулись в ответ на его кивок. — Думаю да.

— Найди его, а потом позови ко мне.

Он говорил по рации для сотрудников, переминаясь с ноги на ногу.

— Он на складе. Он выйдет через секунду, сэр.

Я достал свою карту «Centurion» из бумажника, когда моя упрямая жена пронеслась мимо меня к выходу. Не в первый раз я ловил себя на том, что следую за ней.

— Ты ничего не покупаешь?

Она устроилась на моем пассажирском сиденье, нахмурив пухлые губы.

— Теперь, когда ты собираешься купить это место, я больше не могу делать здесь покупки. Я не хочу делать тебе бизнес.

Невероятно.

ГЛАВА 38

Ромео

— Дело в том, что лед… он обязательно растает.

Зак поболтал чистый виски в стакане, изучая картину Элмера Нельсона Бишоффа в своем подземном гараже, который группа архитекторов превратила в галерею площадью пятнадцать тысяч квадратных футов.