Мой сводный хулиган

Будто ботинком грязным в лицо.

– Что случилось? – Петька встревожился, глядя, как я подскочил и стал мерять шагами комнату.

– Вот почему её так отморозило с утра. Вот почему весь следующий день из комнаты не выходила. Вот почему глаза красные были… – я сжал голову, будто сумасшедший, которому череп от мыслей разрывало. – Пиздец, Петя, пиздец просто.

– Да поясни ты, придурок, – он тоже вскочил, закашлявшись от дыма.

Я остановился и посмотрел на него.

– Мне нужно к ней, – осмотрелся в поисках спортивной куртки.

– Тормози, Тур, – Петя положил мне руку на предплечье, а у меня внутри вскипело.

Захотелось сбросить его руку да и двинуть ещё. Но это был Петя, а меня просто колбасило.

– Объясни сначала.

– Мы обсуждали сигареты, что они херня не нужная, а перед этим ты спросил, чпокнул ли я дочку тренера, помнишь?

– Ага. Тебе ещё и не понравился вопрос, ты проморозил меня взглядом.

– А теперь подумай, как могла услышать Ника из-за двери этот разговор.

Петька завис на несколько секунд, видимо, прокручивая с позиции девчонки.

– Вот блядь, – скривился. – Попадос."

"– Поэтому мне надо к ней, понимаешь? Сейчас надо. Где моя, блин, куртка? – я снова посмотрел на вешалке, под стулом, вдруг свалилась.

– Не-не, Тур, стой. Сейчас нельзя.

– Чего это?

– Да потому что ты бухой, а сейчас уже почти ночь. Ты как себе этот разговор представляешь? Прилетишь сейчас домой, ворвёшься в её комнату с этими твоими разговорами. А если тренер увидит? Выгонит к чертям – лишишься всего, понимаешь? – друг встряхнул меня за плечи.

Как бы мне сейчас не было сложно затормозить, я понимал, что Петька прав. Я снова к ней полезу, и снова пьяный. Так не годится. На куски сейчас всё в груди, так хочется к ней, чтобы всё объяснить, но нельзя. Натворить могу.

Я вздохнул и опустился обратно на стул. Потёр переносицу, пытаясь усмирить напряжение.

– Давай ещё по одной. А потом тебе надо проспаться, – сказал Петька.

Утром мы, раздуплившись, вытолкали себя на пробежку.

Я входил в дом с таким настроем, что не стану времени даром терять, сразу к ней. Но…

Она стояла посреди гостиной на невысоком пуфе. В свадебном белом платье.