Мой орк

 – Но чего хотят эти дикари? Вернуть Карстовый лес? Или…

– Или что?

– Или один единственный орк хочет вернуть свою жену? Вы забрали свою дочь силой у вожака клана. Вы нарушили их законы.

– Для начала, это они выкрали мою дочь. И потом, теперь Тайли твоя жена. И она не должна знать об осаде города. Кстати, как она поживает?

– У нее все хорошо. Ваша дочь ни в чем не нуждается.

– Вот и славно.

– Что же вы от меня хотите? У вас еще есть драконы, притом боевые. Если орки выйдут из леса, вы сможете с ними разделаться без особых проблем.

– У них есть яд. Откуда они его раздобыли, мне неизвестно. Но действует отрава с молниеносной скоростью. К тому же эти нечестивые звери действуют очень слаженно и продуманно. Сколько их засело в лесу, также остается тайной. Неизвестность наш самый опасный враг сейчас. И если их много, если они решат ударить, может произойти все, что угодно. А куда они двинутся дальше, догадываешься? Зард следующий.

Но Луар очень сомневался. В первую очередь его смущали истинные цели дикарей. Что-то подсказывало герцогу, им нужны не земли соседей Аранхарма, им нужен исключительно сам Аранхарм, ибо тут явно личные счеты. И главное теперь, чтобы орки не прознали, где находится жена вожака. За женщин войны случались часто, тому есть подтверждение в летописях. А здесь Арвиг умудрился разворошить поистине осиное гнездо, все ж орки недаром прослыли самыми опасными из врагов.

И если он прав, если Аранхарм падет, следующим на пути дикарей действительно будет Зард. Из этого всего напрашивался вывод, Тайли – камень преткновения. Но кто знает, возможно, оркам нужна лишь земля. Хотя чутье Луара редко, когда подводило.

– Так, каким будет твой ответ? – Арвиг уже места себе не находил, лицо его покрылось красными пятнами, глаза блестели.

– Я возьму неделю на раздумья, соберу совет, переговорю со своими баннеретами. Пока нет необходимости перебрасывать армию. Да и вы не без защиты, боевые драконы в целости и сохранности, армия избежала существенных потерь. Если же произойдет нападение, я неперемнно отправлю своих воинов. А пока, прошу меня извинить.

– Трус! – точно выплюнул это слово.