Мой Охотник

Закончив читать, посмотрела на него и прошептала:

– Как думаешь, курочка добрая?

Мальчик просто смотрел на меня, ожидая подсказки. Он не знал, что ответить, а потом кивнул, чем вызвал улыбку, несмотря на тупую боль в голове, от ужаса правды, что пережили Ирина и ее сын.

– Я тоже думаю, что она добрая. Она увидела, как сильно расстроились дедушка и бабушка, и решила их успокоить. Курочка не только помогала им, несла свои яйца, чтобы они могли прокормить себя, но и была настоящим другом.

Мальчик осторожно, как будто я могла забрать, протянул руку и, схватившись за книгу, дернул и прижал к груди.

– А где вторая? – с улыбкой спросила.

Он только отрицательно покачал головой и с сожалением посмотрел на мать.

– Ничего страшного, если захочешь, я в следующий раз принесу много очень интересных сказок, и мы будем с тобой их читать.

Мальчик улыбнулся, но тут же потупил взор, отрицательно качая головой. Поднялся и подошел к маме, но не притронулся, только с надеждой смотрел на нее.

– Ей тоже нужно помочь.

Без помощи врачей твоей маме будет очень плохо, и тогда она не сможет встать. Ты… хочешь, чтобы твоя мамочка была здорова, чтобы обнимала тебя, целовала, и вы с ней могли гулять?

В глазах мальчика появилась маленькая надежда, но он вновь отвернулся, не желая слушать или верить.

– Маленький, я очень хочу, чтобы ты и мама были здоровы. И тогда мы вместе пойдем в парк. Знаешь, сколько там качелей? Много-много. Некоторые похожи на огромных мышек или слоников, только они не настоящие, а пластмассовые, и в них тоже можно садиться и крутиться.

А еще есть огромное колесо обозрения, где можно увидеть весь город… всех-всех и они такие маленькие, а ты выше всех и все видишь.

Наблюдая, как он слушает, застыв на месте, затаив дыхание, продолжила:

– Я думаю, твоя мама каталась на таком, и ей нравилось. Всем детишкам нравится! Это здорово! А еще есть лодочки, которые плывут по воде…

Не знаю, сколько я говорила, но остановилась только тогда, когда поняла, что нужно отдохнуть, чтобы прочистить горло.

Замолкла, и он тут же повернулся к матери, тяжело вздохнув, провел по щеке. Женщина мгновенно задрожала, обхватив руками голову, спряталась, не желая никого видеть. Когда малыш вновь попытался дотронуться, она издала странный звук, похожий на вой, и вновь закрылась простынею, стараясь отрешиться от всего, и, возможно, успокоить ту боль, что явилась следствием после тех препаратов, что ей давали. Не знала точно, поэтому предполагала.