Мой Охотник

Пожалуйста, ответь мне».

Отправила и вновь набрала абонента, но, слыша, что абонент находится вне сети зоны, еще раз написала:

«Люблю тебя».

Закусила губу, боясь отправить, но внутри все сжималось от желания это сделать. Волков должен знать.

Отправила и все стерла, не зная, чего ожидать от Ивана. Потом вышла и последовала за ним, не в силах привыкнуть, как он спокойно идет впереди и совсем не хромает.

Лена оказалась не той, кем он ее считал. Тогда кем? Кто эта девушка, и какую роль она играла во всем этом? Почему так получилось?

Ехали в напряжении, мужчина не скрывал того, что встревожен, и постоянно смотрел на часы, а потом повернулся ко мне и поинтересовался:

– Сколько тебе нужно времени? Когда примерно освободишься?

Нужно было сказать больше, чем есть, а потом… сбежать.

Пока нет Охотника, не видела смысла оставаться у них в особняке. В крайнем случае я вызову полицию, расскажу, как есть, но вот так открыто маячить у семейства перед глазами, когда они так агрессивно настроены, бездумно и глупо. Меня выворачивало от страха и ужаса, поэтому нужно скрыться. Далеко. Или позвонить брату. Точно! Шторм. Мне поможет брат.

– Не знаю. Нам скажут, кто за кем идет. Я должна быть в первой пятерке, если ничего не изменилось.

– Хорошо. Буду рядом.

– Нет! – выдала громко, не желая, чтобы он был рядом в такой важный момент.

Иван резко повернулся ко мне и едко заметил:

– То есть ты мне запрещаешь?"

"– Да. Пойми, я сейчас в таком напряжении, и мне не нужно давление со стороны. Ты, да и другие… Не люблю, когда меня душат своим вниманием.

– Я не буду мешать, – настойчиво произнес Котлов, не желая отступать.

– Мне будешь. Я никого не хочу видеть. Напряжена и переживаю, – мгновенно стала говорить, надеясь, что он посчитает, что я нервничаю, и оставит меня в покое. Мужчины не любят общаться с женщинами в таком истеричном состоянии.

Иван недовольно вздохнул и, посмотрев на кожаный руль, что-то решая для себя, буркнул:

– Ладно, я буду в фойе или там… поблизости.

– В машине. На улице, – настойчиво попросила, не желая его видеть.

Меня сейчас трясло. Не хотелось ничего. Тем более видеть его поблизости. Зачем? Пусть будет подальше, а я сбегу… Не хочу видеть никого из их семьи. Я допустила глупую ошибку. Нужно было сразу действовать через полицию… Зачем я попросила Охотника, когда все так ужасно? Но кто же знал…

Мужчина, видя мое угнетенное состояние, вздохнул и недовольно заметил:

– Хорошо. Но как только сдашь, позвони мне, и я тебя заберу.