Мой однолюб

Сталкиваемся быстрыми взглядами.

– Мы в беседке, на аллее за детским клубом сидим. Пойдём.

Горячая рука снова обжигает поясницу, и я недоуменно закусываю нижнюю губу. От бокала пахнет весельем и сумасбродством, а меня малость потряхивает от раздражения, потому что к подобной хаотичной, несогласованной тактильности я не очень привыкла. Хотя для Ивана это в порядке вещей.

– А вы давно здесь? – спрашиваю, пытаясь всё же незаметно отстраниться.

– Третий день."

"– Ясно, – киваю и опускаю глаза, рассматриваю широкие лямки розовых босоножек на небольшом устойчивом каблуке и неровную каменную дорожку, по которой мы направляемся в сторону беседки.

– Не вмажься, блин, – предупреждает он. Мужская ладонь тяжелеет, и я резко поднимаю глаза. Пытаюсь грациозно обойти препятствие – оставленный кем-то из детей велосипед.

– Спасибо, – произношу, наконец-то улучив момент и мягко отодвигаясь.

Соболев снова убирает руку в карман и ускоряет шаг так, что оказывается чуть впереди.

Из беседки, увитой снаружи чем-то вроде плюща, доносится женский и мужской смех. Не успеваю сообразить, как оказываемся внутри.

– Это Тая, – заявляет Соболев с порога. – Любить, уважать и руки не распускать.

Ошалело озираюсь по сторонам.

По всему периметру помещения располагаются мягкие диваны, в центре низкий широкий стол, заставленный кальянами, стаканами, телефонами и пепельницами.

– Тая, – весело кричит Соня. В её глазах лютый восторг. Полагаю оттого, что тусуется со старшим братом. – Садись рядом со мной.

– Всем добрый вечер, – здороваюсь вежливо и обращаюсь к сидящему первым молодому человеку. – Я пройду?

– Конечно.

Он тут же галантно поднимается и жестом приглашает.

– Спасибо.

Усевшись рядом с Соболевой, подношу свой бокал к губам и, сделав небольшой глоток, раскатываю вкус шампанского на языке.

– Тая, давай знакомиться, – обращается ко мне смуглая брюнетка. – Я Аврора, но все зовут меня Рори, мои подруги – Таня и Альбина. Мы из Ханты-Мансийска.

– Привет, – киваю, улыбаясь.

Ханты-Мансийск?..