Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Глубокое и искреннее чувство уважения к этому бойцу возникло в моей душе и толкало спасать героя любой ценой.

— Ищите его! — переживал командир по рации.

— Ищем. Вернее, уже нашли. Пацаны там бродят вокруг него, а он в траве лежит возле сваленных в кучу строительных плит, и они его не видят. Мы их координируем с коптера. Да и сильно стреляют там по ним. Мы его обязательно вытащим, — докладывал я командиру.

О чем думал этот человек, который забрал жизни у троих людей, лежа в лесопосадке под Бахмутом с простреленными конечностями и легким.

Вспоминал ли он свою жизнь? Молился ли Богу? Сожалел ли об ошибках прожитой жизни? Или просто думал о том, что он умирает, и хотел жить дальше? Жалел ли он о том, что не захотел вытаскивать раненых? Когда его нашли ребята, он был без сознания.

Командир всегда переживал за бойцов, которые проявляли героизм и попадали в трудные ситуации. В этом проявлялись его человечность и сопереживание. Несмотря на всю свою жесткость, в нем иногда вспыхивало очень сильное сопереживание, и он хотел, чтобы человек, проявивший ценные для командира качества в бою, остался жив.

На войне, как нигде, проявлялась диалектика жизни и смерти, и у каждого она проявлялась по-своему. Каждому из нас, попавшему в ситуацию полной неопределенности и зависимости от неконтролируемой удачи, хотелось обмануть смерть и помочь выжить тем, кого мы считали более достойными исходя из своих ценностных ориентиров. Больше всего это проявлялось по отношению к тем бойцам, чей срок контракта подходил к концу. Все наше естество восставало, когда погибал кто-то, у кого контракт заканчивался в ближайшее время. Раньше я часто размышлял о тех, кто погиб в Берлине, или после Германии поехал на войну с японцами… Война — это не про справедливость, но мы могли попробовать дать больше шансов тем, кто этого заслужил. «Нежелю» с пневмотораксом и двумя пулевыми ранениями конечностей эвакуировали в Зайцево.

Мы как этот «Нежели» тут. Поставлены сами собой и обстоятельствами в такие рамки, в которых нет других вариантов, кроме как быть хорошими солдатами.

Кто-то из нас поставлен в эти условия своими собственными рамками внутренних убеждений и представлений о добре и зле. А кто-то поставлен в эти рамки обстоятельствами жизни. Мы — «Нежеля»! Люди, которые в силу сложившихся обстоятельств превратились в тех, кто мужественно сражается с противником, проявляя чудеса героизма, граничащего с безумием.