Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

 — Видос скинете для отчетности?

— Несомненно.

Человек — существо уязвимое и хрупкое. Усилие, необходимое для того, чтобы лишить его жизни, несопоставимо с теми десятками лет, которые необходимы чтобы он был зачат родителями, сформировался в утробе матери, родился и вырос, преодолевая миллионы ежедневных препятствий и опасностей. У каждого солдата — за какую бы сторону он не воевал — есть родные, которые, как и он сам, верят в то, что он вернется домой к своим родителям, жене и детям. Каждая смерть на войне — это потеря, которая коснется множества людей.

Сделает им больно и заберет будущее. Смерть останавливает реальность и время и перечеркивает возможность будущего. Как писал Мартин Хайдеггер — немецкий философ-экзистенциалист: «Смерть — это невозможность дальнейшей возможности». Смерть тотальна и окончательна. Жизнь этих шестнадцати солдат закончилась в предместье города Бахмута. Их тела, которые ночью эвакуировали украинцы, будут отвезены домой и захоронены в земле с красивыми речами и венками, покрытыми пафосными фразами. Но жизнь сотен людей, с которыми они были связаны, уже никогда не будет прежней. Как и моя жизнь — после этой операции.

— Как думаешь, «Констебль», почему они такие расслабленные тут? Ходят толпами как животные. Это же тупо, — оторвал меня от моих размышлений «Пегас».

— Наверное, «мобики». Профессиональные военные вряд ли бы так затупили.

— Многое от командира зависит. Некоторые умудряются построения для награждения делать в километре от ЛБС — линии боевого соприкосновения.

Долбоебов хватает. А, может, просто необученные. Думают, что тут кино.

— Атутжопа!

У «Пегаса», как и у большинства моих бойцов не было высшего военного образования, но он понял элементарную систему войны. А система состоит из того, что твоя задача думать, как противник и ловить его на ошибках. И порой это занимает месяцы, а порой — минуты. Мы скорее всего убили шестнадцать человек. Это очень большое количество солдат, которые могли бы защищать укрепленный опорник много дней.

И если их командир не идиот, то он понимает, что его маршрут подвоза пополнения спалили и ему нужно придумывать что-то новое — искать новую дорогу или менять время и выстраивать новую логистику. Основная выгода от диверсий на войне — это нарушение системы и порядка противника."

"Вечером Володя вернулся с «Выдрой» в расположение и тоже поделился итогами дня.

— Прикинь?! Я сегодня выстрелил чуть ли не пятнадцать зарядов от РПГ. Аж затошнило. Самоконтузился, наверное.