Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Это были громоздкие, сильно тюнингованные автоматы Калашникова с огромной убойной силой. Они пробивали рельсу в ее тонкой части. Вместе с ними они принесли портативную голландскую установку для разминирования в специальном рюкзаке с красивыми кожаными лямками. И старинный югославский ППД — пистолет-пулемет Дегтярева. Я с интересом рассматривал все, что приносили мне бойцы, и отправлял дальше в штаб.

— «Констебль» — «Айболиту»? Мы тут нашли склад с «калашами» интересными. Какие-то переделанные. От наших бывших союзников по блоку СЭВ: чешские или югославские.

Я их тебе отправил.

— Вооружили на свою голову пол-Европы, а они теперь ими против нас воюют. «Русский мир» им не нравится, а то, что русский мир производит, вполне используют, — стал ворчать я. — Что там еще есть?

— Да много что. Я один автомат себе оставил. Это просто мое оружие.

Женя был большой и с легкостью мог таскать эти боевые машины. Для меня он был тяжеловат, особенно в полном обвесе. В Чечне я спокойно справлялся и с ПКМ, и с АКМСЛ калибра 7,62, но сейчас я был стар для тех подвигов, которые я совершал двадцать один год назад.

— Он тебе пригодится в скором времени. Приходи через часик ко мне на стелу. Поговорим про планы на будущее.

Основным нашим вооружением были неубиваемые автоматы Калашникова: АК-74 и новые АК-12, как у ВДВ. Все, что было сделано до 1991 года, было простым и надежным. Украинская сторона, в основном, тоже использовала наши «калаши», но попадались и американские штурмовые винтовки.

Американское вооружение было эстетически красивее, но по надежности и практичности наш автомат является бесспорным лидером во всем мире. Наши гранаты, в отличие от их пластмассовых и красивых, как елочные игрушки, тоже были эффективнее. А их пулеметы — американский М-240 и немецкий MG-42 в современном исполнении — доставляли нам много хлопот и показывали прекрасную эффективность в обороне. Это были очень хорошие машины, сделанные с душой и на совесть."

"У противника оставалось еще три укрепа, которые были зажаты между нами и оврагом, проходившим вдоль асфальтированной дороги из Клещеевки в Бахмут.

Сама Клещеевка была юго-западнее от нас и была отрезана железнодорожной насыпью, которая ее огибала. Забрав ближайший к лесу укреп, мы таким образом перерезали последнюю дорогу, которая вела к двум остальным опорникам, и организовывали тактическое окружение этого участка. Женя пришел на совещание вместе с «Зефом», которого я не видел с его ранения.