Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Выкопанные блиндажи они, как флагами, накрыли ярко зелеными спальниками.

— Ты понимаешь, что вы сделали? — спрашивал я командира группы по рации. — Вам нужно все эти ваши спальники замаскировать ветками и землей. Сделать все неприметным. Вас же убьют.

— Ааа… Понятно.

— Как стемнеет, приходи на завод «Рехау», я тебе дам пополнение и объясню следующую задачу.

Не прошло и часа, как мне доложили, что этот боец ранен.

— Пацаны, если ваш командир «двести» или тяжелый «триста»… — я сделал паузу и продолжил: — Тот, кому все доверяют, просто берет станцию и начинает руководить группой.

Вечером ко мне на позицию вместе с группой эвакуации пришел «Бас».

— Поздравляю! — искренне радовался, что его назначили командиром, с которым я буду взаимодействовать.

— Спасибо, — просто и с достоинством поблагодарил он.

— Хотел обсудить с тобой тему эвакуации. Как можно уменьшить потери среди твоих? Может, хитрость какая-то есть?

Группа эвакуации

— Какая тут может быть хитрость? — серьезно стал объяснять мне «Бас».

Он задумался и посмотрел в небо, после чего продолжил.

— Вышел. Огляделся. Если небо чистое и звука нет — пошли. В идеале, группа должна состоять из шести человек. Для такой работы, как минимум. Первый, значит, идет и смотрит вперед. Растяжки, не растяжки. Четверо человек идут с носилками. Они несут раненого. А если без раненого, то все растягиваются и идут на расстоянии семи метров друг от друга.

А сзади идет человек, который смотрит за небом. Желательно с собой не менее тридцати набитых магазинов. Он, если что, подает команду «Воздух!». Все разбегаются и прячут раненого под дерево или куст какой-то и начинают стрелять по «птице». Чем гуще огонь, тем больше шансов попасть.

— В идеале, да, — поддакнул я.

— А то тут были моменты. Пацаны настолько уставшие, что и без снаряжения выбегали, чтобы забрать «трехсотых», чтобы моментально их эвакуировать.

«Бас» тяжело вздохнул.

— Вон вчера выбежали, а хохляцкий БПЛАшник уже пас их. Только они раненого потащили, а он… Откуда он, сука, взялся? Прямо на них пару «воланчиков» скинул. Пацаны вон на перебитых ногах тащили его.

— Ты бы, может, не ходил сам, Серега?

«Бас» непонимающе посмотрел на меня. В выражении его лица читался немой укор: «Нуты чего, “Констебль”? Ты за кого меня принимаешь?».