Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

В кого-то может попасть, но важно минимизировать потери и спастись максимальному количеству бойцов. Поэтому если БПЛА сбросило один заряд, и кто-то получил ранение — глупо тут же собираться вокруг него и пытаться оказывать помощь. Сюда тут же прилетит еще один заряд — и вместо одного «триста», вы будете иметь еще четверых.

Группа, которую возглавил «Банур», попробовала еще раз продвинуться дальше по противотанковому. Получив порцию ВОГов, она была разбита, как и предыдущая. Одного бойца убило, а двоих легко ранило.

— Банур «триста»! — истерично кричал мне боец в рацию.

— Успокойся! Говори спокойно! — отвечал я ему.

Но он продолжал орать на весь эфир. Боец был из нового пополнения: впервые оказался на передке и, увидев смерть, испугался.

— Как твой позывной?

— Он умирает! Что мне делать?! — продолжал он кричать в рацию.

— Откатывайтесь! Берите «Банура» и выходите оттуда! — не сумев остановить его панику приказал я.

Когда они дотащили «Банура», он был жив, но находился без сознания.

— Командир? — вышел я на связь. — Мы потеряли около двенадцати бойцов ранеными и убитыми. Откатились на свои позиции.

— Пробуйте идти на север. Двигайтесь! — приказал «Крапива». — Нам нужно пробовать продвигаться. Соседи ждут нас.

«Банур» был авторитетной фигурой в колонии. Ребята любили и уважали его. Шесть командировок не прошли даром. Когда было нужно, он мог быть жестким, и даже жестоким.

Он был «воякой», но, когда он рассказывал про жену, с которой расписался в зоне, или дочку, которую ему родила жена, он становился милым и сентиментальным."

"— «Констебль», «Банур» без сознания, но живой. Мы тут сделали все, что могли, чтобы его стабилизировать, — доложил медик. — Нам тут, кстати, подогнали тарантас с прицепом для перевозки БК и раненых — пацаны переделали из мотокультиватора.

— Постарайтесь спасти его. Как там «Тимофей»?

— Он не БГ. Локоть раздроблен и, скорее всего, сильно повреждены связки. Жить будет, но рука, по-моему, все.

— Отвоевался значит, — сказал я на автомате.

Анализируя рельеф местности и доклады от групп, я понимал, что за этот блиндаж украинцы будут бодаться до талого.