Мой любимый враг

Глаза Мэдисон расширились, когда она увидела, что Деметриус кивком головы подзывает фоторепортера.

Только она успела открыть рот, чтобы запротестовать, как защелкала камера, засверкали вспышки. Девушка подождала, пока фотограф отойдет к другим столикам.

— Полагаю, вы находите это смешным? — Из ее глаз буквально сочилась ненависть.

— А что? Разве тебе не нравится, когда тебя снимают? — Он лениво отпил шампанское.

— Но не при таких обстоятельствах, — прошипела она. — Кроме того, у меня рот был открыт. На фотографии получусь идиоткой.

— Тогда, вероятно, тебе следовало научиться держать его закрытым, — посоветовал Деметриус.

Девушка схватила кусочек хлеба и запихнула его в рот, лишь бы удержаться от резких эпитетов в его адрес, уже клокотавших в горле.

— Ну, Мэдисон, перестань, — мягко упрекнул он. — Не надувай губы, тебе же полагается играть сумасшедшую влюбленность в меня! Сегодня наше первое официальное свидание, попытайся сделать вид, что наслаждаешься этим вечером.

Она зло посмотрела на своего мнимого избранника.

— Как я могу наслаждаться вечером в вашей компании? Вы самый неприятный мужчина из всех!

— Ты скоро изменишь свое мнение.

— Вам придется напрячь свои силы и предпринять все обходные маневры, чтобы заставить меня изменить мнение о вас.

Деметриус рассмеялся.

— Поживем — увидим, не так ли? — Он отсалютовал ей бокалом, затем запрокинул голову и выпил его содержимое.

Девушка схватила вилку и потянулась к рыбному паштету.

— Хочешь попробовать мое блюдо? — Он подцепил кусочек и поднес вилку прямо к ее рту.

Поколебавшись немного, Мэдисон открыла рот и вкусила деликатес.

— Нравится?

Она кивнула и, подцепив кусок со своей тарелки, предложила Деметриусу. Он открыл рот, принял предложенную пищу — очень медленно, его язык на секунду показался наружу и скрылся, забрав кусок с собой. Темно-карие глаза с насмешкой наблюдали за Мэдисон. Температура крови в ее венах взмыла вверх. Она склонила голову над тарелкой, заставляя себя доесть каждый кусочек, лишь бы держаться подальше от этих опасных глаз.

Мэдисон отказалась от кофе и десерта, так как больше не могла сидеть напротив этого мужчины и притворяться равнодушной, слишком сильно он действовал на нее.

Деметриус расплачивался по счету, в то время как она ерзала на стуле под любопытными взглядами посетителей, сердясь на себя, что решилась обыграть его, а больше на него — за умение играть и выигрывать.

Он взял Мэдисон под локоток.