Мой чужой папа (СИ)

Воскрешая в памяти инструкцию из гугла, я насадил приманку на крючок и, закинув в воду, уселся на стульчике. Заступила звенящая тишина.

Мы с отцом Аси буравили непрерывными взглядами чуть светящиеся поплавки, когда Сергей Степанович, наконец, заговорил:

— Ася добрая и умная девочка, но я не мог понять, что она нашла в этом Бориске. Хлыщ хлыщем, пижон какой-то, не ровня дочке. Мне нужно было сразу высказаться, а я смолчал. Как оказалось, зря. Второй раз такой ошибки не совершу.

Дочь призналась, что этот кобель изменял ей! Но вот чего я не понимаю.

Я промолчал, собираясь с мыслями. Помня просьбу Аси, хотел представить всё как можно проще.

— Моя вина, — ответил уверенно. — Она понравилась мне на собеседовании, и я принял её на работу, чтобы соблазнить. Но, когда узнал, что она замужем, прекратил отношения. Я понятия не имел, что она беременна от меня.

— Но вы тоже женаты! — обвинил меня Сергей Степанович.

— Сейчас я разведён. — Спокойно возразил я и посмотрел мужчине в глаза: — Ася тоже вот-вот станет свободной. Я намерен взять на себя ответственность и жениться на матери своего ребёнка. — Не сдержал улыбки: — Но Ася мне отказала.

— Вот и умница дочка, — проворчал он."

"— Вы же поможете мне её уговорить? — Я понадеялся на мужскую солидарность.

— С чего бы мне это делать? — вскинулся Сергей Степанович.

— У меня для вас взятка, — заметив движение поплавка, шепнул я и, следуя инструкции из гугла, подсёк рыбу.

Когда вытащил на берег довольно внушительную добычу, что шевелила блестящим хвостом, отец Аси поднялся и, хлопнув меня по плечам, заявил:

— Не думал я, что столичные пижоны умеют ловить рыбу. Вот Борька со мной ни разу на рыбалку не ходил. А ты молодец!

— С подгузником было сложнее, — с улыбкой признался я.

— Уговорил, принимаю твою взятку, — рассмеялся Сергей Степанович. Достав нож, принялся быстро потрошить рыбу.

— Вообще-то я говорил об этом.

Я вынул приготовленную коробку и открыл. При виде новеньких «Патеков» мужчина скривился:

— По виду дорогие. На что они мне, Леонид?

— У меня такие же, — с улыбкой признался я. — До встречи с вашей дочерью почти всегда носил «Ланги», а эти не замечал. Но потом понял, что привычное и подходящее ко всему, не значит “любимое”. Есть то, что подходит только мне. И мне хотелось, чтобы отец самой прекрасной в мире женщины носил мои любимые часы.