Мое темное счастье

— В любом случае это было незабываемо, — выпалил Тадеуш. — Я покорен!

Смущенно улыбнулась, поднялась, поинтересовалась у Тира, какую часть сада он готов отдать на разграбление моей магии.

— Разве эльфы не в состоянии сотворить фруктовые деревья? — удивилась Молния.

Все, кроме драконов и гномов, рассмеялись.

— Ариадна творит вечные деревья, — объяснил Глин. — Других не умеет. У нее они даже в Серебряном городе такие вышли. Видимо, магия пока нестабильная. Или дар такой? Пока непонятно. Но результатом можно наслаждаться.

— Правда? — заинтересовался Гром. — А нам бы не помешало в горах иметь парочку таких садиков.

— Сделаю, — отозвалась я, стараясь не рассмеяться. — Лес в Ларейе я уже умудрилась вырастить.

И во избежание вопросов создала несколько иллюзий.

Драконы и гномы восхищенно зацокали, словно увидели нечто чудесное. Никогда не думала, что мой талант создавать вечное кому-то так придется по вкусу.

Тир предложил посмотреть на яблони, мотыльков и волшебный цветок, к которому эльфийки устроили паломничество.

Эридейле густо покраснела, давая понять, что входит в их число, и я с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться в голос. Лир, поглаживающий лимфила, улыбнулся, прочитав мои мысли.

Часть королевского сада была отгорожена. С моих яблонь вовсю обрывала плоды детвора. Некоторые гонялись за бабочками. Цветок, росший на пригорке, никто из них не трогал. Он их не интересовал.

У видев всех нас, детвора растерянно замерла и принялась отвешивать неловкие и не особо умелые поклоны, вызвав невольные улыбки.

— Привет. А это Ариадна, та самая русалка, сотворившая чудесные яблони для нас всех.

Тир указал на меня, окончательно смутив детей.

Один мальчишка лет пяти, с растрепанными волосами, вышел вперед и спросил:

— А конфетное дерево сможете?

Наша компания рассмеялась.

— Не пробовала, — ответила я, продвигаясь вперед и выбирая место.

Начала с персиковых деревьев.

Покосилась на забавные выражения лиц друзей. Кажется, кто-то до конца сомневался в моих способностях. Малышня среагировала первая, бросилась к деревьям, обрывая персики. Тир сорвал плод и предложил Эридейле. И следом за ним потянулись остальные.

— Ты такая удивительная, Ари, — сделал комплимент Глин. — Не перестаю тобой восхищаться."

"— Это верно, — ухмыльнулся Лир.